Математик Боя. Возвращение

Гроза, нависшая над ней, будто бы затаилась, как змея, готовая к броску. Тем не менее, Сенсома не собирался малодушничать, и пошел прямо к ждущему его Райкаге.

Враг приготовил ему на блюдце жаркий танец, будет очень грубо отбросить это.

Вершина встретила Бога Шиноби неожиданной чистотой и запахом озона. Совершенно плоская поверхность будто бы явила собой арену, расположенную прямо в центре Страны Молнии. Вид с горы был восхитителен, но взгляд Сенсомы намертво приковал тот, кто был здесь помимо него.

— А он выглядит внушительно, — оценил Третьего Райкаге Математик Боя.

Эй Дачи сидел на одном единственном камне, больше похожем на ложе, чем на булыжник. Его глаза были прикрыты, а подбородок покоился на ладони правой руки. Третий Райкаге выглядел так, будто бы заснул, пока ждал своего соперника.

Но Сенсома знал, что Эй сосредоточен не меньше, чем он сам. Засунув беспалую руку за пазуху, Математик Боя надавил чакрой и тут же почувствовал ответное давление.

Гора затряслась…

— Невероятная мощь… — прошептал одними губами Четвертый Эй.

— Побольше уважения, — нехорошо посмотрела на него Цунаде. — Это не твоего отца считают сильнейшим.

— Как раз моего.

Цунаде хотела было продолжить спор, но на ее плечо легла ладонь Дана, а после на них всех обрушилось сумасшедшее давление двух могучих чакр! Всех их пригнуло к земле, и только Ловен стоял так же, как стоял до этого. Но даже Архимаг не был весел, как обычно. Он пристально всматривался вверх.

На вершину, где друг против друга оказались двое сильнейших.

— Представление затянулось, — сухо произнес Сенсома, и убрал свое давление. — Мы можем не сражаться, Эй.

Третий Райкаге и бровью не повел, а давление, исходящее от него, только усилилось.

— Просто скажи мне все, что знаешь о контролере, и отпусти моих союзников, — как ни в чем не бывало продолжил Сенсома. — И тогда я не трону тебя.

Давление усилилось вновь, и Гору затрясло — так сильна была воля и чакра Третьего Райкаге.

И, наконец, на пике могущества давления, Третий Эй открыл глаза.

— Ты смеешь мне угрожать?

Прямо между ними ударила молния, и ее гром и свет оглушили и ослепили даже тех, кто стоял внизу. Озоном запахло куда сильнее, и что-то колючее обожгло щеку Сенсомы.