Третье правило дворянина

— Вас устраивает эта сумма, господин виконт? — по его взгляду было понятно, что он ожидал от меня благодарностей за оказанную им щедрость.

— Спасибо, граф. Этих денег будет достаточно.

— Если бы не вы, то этот узел до сих пор был бы крепко завязан, — говорил он. — Ведь только благодаря вам я на это решился.

— Рано или поздно этот момент все равно наступил бы, — заверил я его.

— Возможно, — не стал спорить Алексей Борисович. — Но я рад, что случилось сейчас, а не позже. Теперь у меня есть для вас новое и очень заманчивое предложение.

Я не стал его перебивать и говорить о том, что у меня теперь уже нет времени для его предложений — пусть говорит. Во-первых, еще неизвестно, что он мне хочет предложить. Во-вторых, мне и в самом деле было интересно это узнать.

— Как вы смотрите на возможность стать моей правой рукой? — спросил он. — Не стану скрывать, вы мне очень нравитесь, виконт. У вас множество положительных качеств. Вы человек слова, в вас нет того чувства жадности, которое я на дух не переношу... Ну а самое главное — вы не просите слишком много, а ровно столько, сколько это стоит на самом деле.

— Охотно верю, — кивнул я. — Людям свойственно быть о себе высокого мнения.

— Я бы сказал: незаслуженно высокого мнения! — энергично тряс вилкой граф. — Но только не в вашем случае. Именно поэтому я и делаю вам такое предложение. Представляете, какие перспективы перед нами открываются? С моим опытом и вашими талантами, даже представить себе сложно, чего мы сможем достичь!

— Спасибо за оказанное доверие, но я думаю, что не смогу вам помочь, — спустил я Боброва с небес на землю, пока его не унесло окончательно.

Мой ответ настолько раздосадовал его, что на него даже жалко было смотреть. Он какое-то время сидел с открытым от удивления ртом и просто на меня смотрел.

— Почему? — наконец сдавленно спросил он. В этот момент его голос был больше похож на утиное кряканье, а не на человеческую речь. — Почему вы так поспешно отказываетесь? Мы же еще даже не обсудили условия сотрудничества?

— Видите ли, граф, какие бы ни были условия, я не смогу их принять.

— Вам не нравлюсь я лично? — удивленно выкатил на меня глаза граф. — Вы не говорили об этом раньше.

— Да ну, бросьте, — я махнул рукой и улыбнулся. — Что за глупости? Я уже давно не обращаю внимание на личные симпатии, если при этом неудобства хорошо оплачиваются. Дело вовсе не в этом.

— Тогда я и в самом деле не понимаю, — растерянно пробормотал Алексей Борисович.