Покинутые богом

Впервые он почувствовал себя беспомощным старшим братом, и от этого страх только нарастал.

Стараясь вести себя тихо, мальчишки забились в угол, за очаг, единственную преграду меж ними и людьми. На собранную из сушеной, жесткой травы дверь рассчитывать особенно не приходилось.

Вдруг совсем близко с домом раздались звуки борьбы. Кто-то с криком навалился на несчастную дверь. Сальст испугался, что сейчас она ввалится внутрь вместе с незнакомцем. Юный эльф попытался забиться еще дальше в угол, слиться со стеной.

И дрогнул, когда за перегородкой некто сдавленно всхлипнул, а в двери показалось острое лезвие меча.

Сальст до боли закусил щеку, а Хисару прикрыл рот рукой.

Лезвие, провернувшись, скрылось за плетением. Нечто тяжелое осело у порога, и воздух заполнился теплым, металлическим запахом. Даже в полумраке скромного жилища Сальст видел, как из-под двери натекает лужа густой крови.

Вооруженный налетчик выругался на людском наречии и пошел прочь. Сальст позволил себе дышать и скосил взгляд на Хисара.

Брат застыл с отсутствующим выражением лица. Сальст еще никогда не видел его таким бледным. Хотя едва ли сейчас выглядел лучше.

Крики на улице не стихали. Старший из братьев закрыл глаза, но и там не нашел спасения от творящейся в деревне жути. То, что он увидел в окне, встало перед внутренним взором и усилилось фантазией, от которой начинало колоть в пальцах. Папе нравилось пугать его и Хисара рассказами о кровожадных людях, но все они заканчивались тем, что отважный лорд Нафмаэ приходил эльфам на помощь.

Не давал забрать остроухих в рабство. А сейчас ни его, ни папы. Только люди с их мечами и жуткими лошадьми. Скольких они сегодня заберут с собой?

Хисар, словно уловив мысли брата, неосознанно крепче прижался к чужой груди, и Сальст открыл глаза. Рука предательски дрожала, но он все равно погладил малыша по мягким волосам. Взгляд упал на окошко, через которое было видно, как люди уводят эльфов. Обыскивают дома и, выводя всех, кого можно забрать, поджигают жилище.

У юного эльфа онемел затылок и начало покалывать в спине. Он медленно опустил голову, посмотрел на брата, и через мгновение решительно нахмурился да поджал губы.

— Хис, — мягко оттянув от себя брата, Сальст заглянул в его большие, алые, застывшие в испуге и неверии глаза, — сейчас мы тебя спрячем, а я пойду на разведку. Постараюсь найти маму с папой или хотя бы путь. — И в свои девять Сальст понимал — из деревни нужно уходить.

Хисар начал мотать головой.