Покинутые богом

Вдруг дверь в одном из домов распахнулась и оттуда буквально вывалился толстый, начавший лысеть мужчина в покрытой пятнами голубой рубахе.

— Лихова баба! — Прокричало живое ядро, грозя кулаком. — Как ты смеешь!

— Протрезвей, потом детей воспитывай! — Не менее зло донеслось из дома, и дверь с грохотом закрылась. Мужчина громко рыгнул и начал неуклюже подниматься на ноги.

Хисар вжался в стену ближайшего дома. Сердце подпрыгнуло к горлу, а его биение начало отдаваться в висках. Эльф сделал шаг подальше от улицы, где кряхтел человек, но тот резко обернулся и прищурился.

— Эй ты, а ну помоги! — Пьяница вряд ли узнал в прохожем раба, но, кажется, для него это не имело смысла. — Ну же!

Хисар едва не подпрыгнул, оторвался и от стены и побежал дальше в проулок. Все бежал и бежал. Дома проносились мимо, а крик мужика остался позади. Хисар остановился далеко не сразу, лишь когда начало колоть в боку. Эльф, тяжело дыша, согнулся пополам, уперев руки в колени. Воздух холодным потоком входил в легкие. Хисар поперхнулся и зашелся кашлем.

Вонь дубленой кожи, ярких специй и каленого железа ударила в нос. Эльф понял, что зашел на улицу ремесленников.

Здесь, как и во всем Жаарде, стало тихо. Тревога пугала простых людей. Хисар бы тоже сейчас с удовольствием оказался в белой крепости, а не здесь.

Прятаться, в случае чего, было негде. Ремесленники отвоевали себе большие и не очень дворы, где стояли склады, где находились их рабочие ямы и прочие станки, даже кузни с еще горячими жаровнями. Хисар весь вспотел и плотнее закутался в серую накидку.

На улице стало еще немного темнее. Если бы не звон тревоги, с колокольни храма Гиселла наверняка бы сообщили о смене временной стражи.

Отдышавшись, Хисар пошел дальше, решив пройти улицу и выйти с другой стороны. О том, где могла прятаться Аэда, до сих пор не было ни одной дельной мысли. Оставалось только бродить, в надежде случайно на нее наткнуться.

Боясь, что в нем узнают эльфа, Хисар прятал лицо в складках капюшона и смотрел в землю, опасался, что его выдаст едва светящийся, особенно заметный в сумерках, глаз.

Шел и шел, обратился в слух, улавливая малейшие шорохи в домах, шепот листвы на ветру, на фоне которого особенно резко прозвучал лязг металла. Эльф отскочил в сторону, словно сражение происходило рядом. И только сделав глубокий вдох, понял, что нет. Сражались на одном из дворов. Точно сражались: слышалась ругань и острые поцелуи двух мечей.

Хисар пошел дальше. Знал, что здесь ему делать нечего.