Куница Том 1

— Да, я был очень сильным боевым магом, признаю без лишней скромности. Одно то, что я пережил войну, о многом говорит. Как и то, что меня вместо казни предпочли запереть в надёжном месте, чтобы медленно сдох сам. Чувствовали, твари, что я на свою смерть приготовил им эпический прощальный подарок.

— Так, подожди, — сумел всё же справиться с собой Григорий. — Не мельтеши!

Я вернулся на стул, налил нам вина. Отец мрачно на меня смотрел, но бокал принял.

— Это надо обдумать, Дима. В понедельник мы вместе будем убеждать Свету перевести особняк на тебя и разрешить проводить хоть какие-то ритуалы.

Но дальнейшие планы... Мне надо это обдумать. Тебе тоже не помешает. Пока порознь подумаем, а потом уж вместе посидим, — он поморщился. — Императором он задумался сделаться. Там знаешь, сколько желающих?

Пожимаю плечами.

— А не всё равно?

Григорий снова крякнул.

— Ты совсем крышей поехал? Ты знаешь, сколько будет желающих тебя убить?

— А у меня выбора нет. Либо я меняю будущее самым радикальным способом, либо всем нам конец.

Один раз я уже проиграл в этой войне, и не могу позволить себе проиграть снова. Дай мне ресурсы, и со временем я выйду на двадцатый ранг. А затем ещё расширю свой предел до двадцати пяти узлов. Больше нельзя — магия выходит из-под контроля. Видел когда-нибудь мага ранга двадцать плюс пять?

Григорий, похоже, устал удивляться, лишь отрицательно качнув головой.

Двадцать плюс. Так называемые предельщики, отчаянные ребята. Узлы всё равно останутся на двадцатом ранге, это максимальный возможный уровень развития, но дополнительные два, три, четыре узла в теле — это много.

Плюс синергия. Вита и титан делают мага монстром в плане физических способностей. Если добавить в эту связку негатио, несколько ослабляющее свою магию, но дающее серьёзное сопротивление атакующей магии любого типа, плюс узел икар, на вершине развития позволяющий практически телепортироваться в пределах видимости и закончить узлом какой-нибудь звериной ипостаси, получишь Звезду Аида. Связку, превращающую мага не просто в монстра, а в проклятое чудовище, живую боевую машину ультимативной мощи на средней дистанции и почти непобедимую на дистанции ближней.

Там, естественно, масса сложностей и подводных камней, за всю войну таких было всего одиннадцать у нас и трое у противников. Первого вражеского «Аида», таких монстров у нас так и называли, мы убивали двумя отрядами, потеряли треть своих. Два отряда высокоранговых магов против одиночки, заточенного на ближний бой.