Воля Регулятора

После чего по всей арене начали вспыхивать защитные эфирные техники. Те, кто имел ранг Воителя и Специалиста окружали свои тела эфирным покровом. А более сильные маги были способны защитить и других с помощью эфирного купола. Но все равно очень многие остались без защиты. И им суждено было умереть. Некоторые, особенно высокоранговые маги, пытались уничтожить обезумевших мехов, но из-за того, что большинство людей были, в первую очередь, обеспокоены своей защитой, получалось это неважно.

Нам повезло, что рядом с нами был отец Лёни, который тут же окружил нас всех куполом зеленого цвета.

На защитную технику Тимофея попадало множество пуль, но они не смогли пробить прикрытие. Мы были в относительной безопасности. Хотя по испуганным лицам моих товарищей этого и не скажешь.

— Что за чертовщина происходит! Ребята, не выходите за пределы моего эфирного купола. Я вас всех защищу, — прорычал Тимофей.

Но, черт побери, а как же Настя? Девушка не так давно отделилась от нашей компании, и отец Лёни никак не мог ее защитить.

Я быстро начал выискивать взглядом Настю, пока не нашел ее стоящей на пути огня пулемета одного из мехов в следующем ряду. Пока что эфирный покров девушки выдерживал прицельную стрельбу антропоморфного робота. Но продлится это недолго. Покров на ранге Воителя был недостаточно крепок. Я видел, что многие маги того же ранга в округе уже были не в состоянии выдерживать шквал огня. Один за другим их защитные техники пробивались, и несчастные получали ранения, несовместимые с жизнью.

Кроме того каждая пуля, попадающая по эфирному покрову, несла с собой кинетическую энергию, сбивающую человека с ног, из-за чего под огнем пулемета Настя не могла убежать. Ей оставалось лишь держаться из последних сил, ожидая смерти.

Но разве я могу стоять под защитой купола, когда небезразличная мне девушка погибает? Буду ли я и дальше считаться мужчиной, если проигнорирую ее бедственное положение? Нет! Я не какой-то там сопливый подросток.

Я Регулятор, тот, кто поддерживает порядок во вселенной. Храбрый воин, не ведающий страха. Вся моя жизнь это война и, видимо, сейчас пришло время использовать свои способности на максимум.

— Извините, Тимофей Аркадьевич, но мне придется вас ослушаться, — мой голос был полон уверенности. Я уже сделал свой выбор.

— О чем ты, Алексей? — недоумевая, спросил отец Леонида.

Больше я не стал ждать, тут же бросившись к границе эфирного купола.