Советник

А вот для жреца нашлось и другое, с прочными кожаными петлями. Они обнимали и щиколотки, и запястья. Еще одна проходила по груди, под руками. Последняя захлестывала шею, заставляя пленника сидеть прямо.

Глазами он все же вращал и весьма грозно.

Палач, показавший себя человеком знающим и ответственным, спокойно раскладывал инструмент на железный лист, под которым переливались рубиновым цветом угли. Ведро с водой он тоже приволок, как и пустое, если вдруг пленнику подурнеет.

- Госпожа! – завидев Ицу жрец встрепенулся и подался было вперед, насколько это получилось.

Но ремни впились в кожу. – Госпожа, что происходит…

Ица обошла его кругом, придерживая при том слегка запылившиеся юбки. И остановилась перед ним, так, чтобы жрец мог видеть её.

- Ты, - сказала она и, вытянув руку, коснулась лба. – Ты знаешь, кто убил мою маму.

Винченцо перевел для остальных. Говорить пришлось тихо, едва ли не шепотом, но его поняли.

Джер махнул палачу, и тотчас возле кресла появилась два низеньких табурета.

- Тебе тут не жестко? – заботливо осведомился Дикарь.

- Нормально, - Винченцо поерзал.

- А дырки зачем?

- Это механическое кресло, - Джер сунул в указанную дырку палец. – Его давно изготовили. Не работает уже. А раньше надо было крутить колесо, и через дырки шипы выползали. Их еще можно было смазать чем.

- Это маги, госпожа! – возопил жрец. – Они наслали проклятье! То сделало кровь вашей матушки черной и разъело нутро.

- Как?

- Это у магов спросите!

- Проклятья есть разные, - тихо произнес Винченцо. – К сожалению, я точно не скажу, какое использовали.

Я и близко не проклятийник. А они свои тайны хранят. Хотя… Ица, извини, что прерываю, но погибла лишь твоя матушка?

Легкий наклон головы.

- Ни служанки, ни рабы, ни даже животные? Больше никто не заболел?

- Нет.

Теперь она повернулась к Винченцо. Взгляд у нее тяжелый, совершенно недетский. Но страха нет. Он или устал бояться, или слишком слаб, чтобы тратить силы на страх.

- Тогда это направленное проклятье. Наведенное. Обычные проклятья имеют определенный… радиус, - Винченцо очертил круг.

– Действия. Центром их становится некий предмет или существо. Однако все-то, кому случается быть рядом, страдают. В разной степени. Ненаправленные проклятья опасны тем, что могут вызвать болезнь. И потому… с ними стараются не иметь дела.

Он делает паузу.

Тяжело говорить вот так, долго. И понимающий палач – все-таки хороший он человек, душевный, - подает кубок. Вода? Травяной отвар. Горьковатый. Но сухость во рту уходит.