Ретрокс

— Господин, могу ли я узнать, почему вы сменили охрану на вшивого демона и какого-то простака? — спросил Норикел, Барон магов, сидящий по правую руку от Шаха.

Балозара оскалилась.

— Просто я варваров убил. Они оказались не слишком хороши, чтобы охранять господина Радамисса, — спокойно ответил Ретрокс.

Зал ахнул.

— Как он посмел говорить без разрешения? Он признался в таком? Почему он еще жив? — послышались шепотки ото всюду.

— Вам, наверное, интересно, зачем я собрал вас всех? — начал Радамисс, кашлянув. — Настали тяжелые времена, друзья мои. А вы еще и воевать удумали в этот неспокойный период.

Бароны злобно переглядывались, подозревая друг друга.

Чайла почувствовал, как коленки затряслись. Его инстинкты кричали, что сейчас произойдет что-то ужасное.

В зал вошла Ланелиса и Мадар, увидев которого Бароны скривились с отвращением.

— Что делает тут эта мерзость? — выплюнул Торо.

— Тише, Барон Торо. Я понимаю вашу ненависть к нему, — поднял руку Шах. — Но разве тебе не интересно, кто стоит за всеми угрозами?

По залу пошли шепотки. Чайла почувствовал, как Герис подошел ближе, готовый защищать его. Обстановка накалилась. Сердце колотилось как бешеное, на лбу выступила испарина.

— У меня для тебя записка, — сказал Мадар, подходя к Герису и протягивая бумажку.

Маг медленно развернул листок и непонимающе уставился в него.

— Гусь? — спросил он, поднимая голову.

Мадар, улыбнувшись, ударил в живот потерявшего бдительность Гериса. Обходя, он стиснул его шею, начав душить крепкими руками.

— Будешь сопротивляться — подохнешь, — бросил Мадар.

Чайла бросился на помощь другу, но Ланелиса преградила путь, выставив вперед летающую огненную сферу.

— Не советую, Барон. Иначе будут ожоги, — пригрозила она.

— Этот человек стоит за всеми похищениями и интригами, — пропищал Радамисс. — Он хотел перессорить вас в своих гнусных целях. За это он и его люди будут наказаны, я вам обещаю!

Руки Чайлы бессильно повисли, словно кто-то одел латные перчатки, утяжеленные камнем. Отчаяние поглощало изнутри.