Ретрокс

— Удивительно! — ахнул Ретрокс.

— Да, — прошептал Мадар, по щекам которого потекли слезы. — Я вспоминаю дом и семью.

Ланелиса молчала, наслаждаясь музыкой.

— Знаешь, как говорят? Музыка — это то, что заставляет чувствовать, а, значит, жить.

Мадар смахнул слезы и сделал глоток, невидящим взглядом смотря перед собой. Его голова медленно качалась, а пальцы постукивали в такт барабанам. Дождавшись нового куплета, Мадар тихо запел. Ретрокс и Ланелиса завороженно слушали. На песню подошли ближайшие мужики, восхищаясь услышанным, но крестоносец их, казалось, не замечал.

Сяду в поле, поклонюсь,

Свету-Богу помолюсь.

Ты прости меня, Отец,

Снова взялся я за крест.

Ты прости безумца, мать,

Снова будешь ты рыдать.

Стиснув зубы, я пойду,

Честь в бою я сохраню.

Дрогнут полчища врагов,

Перед братским духом вновь.

Сто щитов — мы как один,

Родину мы защитим.

Уважай своих врагов,

Биться храбро будь готов.

Ну, а коли победишь,

Никогда не возгордись.

Когда сгинет вся беда,

Взгляни в небо ты тогда.

Бог тебе укажет путь,

Дома ждут, ты не забудь.

Ты прости меня, мама,

Долго сына ты ждала.

Ты гордись мною, отец,

Сохранил лицо боец.

Я влюблюсь, затем женюсь,

Детями обзаведусь.

Будешь, мама, нянчить их,

Добротою покоришь.

Будут все тебя любить,

И отца все будут чтить.

Ну, а если враг придет,

Сынка в бой со мной пойдет.

Станет он как я — мужчина!

Сталь — характер, в сердце — сила.

С песнею на устах,

Шагаем с Богом мы в сердцах.

Будем биться, дрогнет враг.

Воротимся мы назад.

Знают все, важнее нет,

Мир! Добро! И человек!

— Это было сильно! — похлопал по плечу Ретрокс, когда Мадар удивленно завертел головой по сторонам, осматривая собравшуюся толпу.

Вся таверна громко зааплодировала, в том числе и музыканты.

— Удивлена, что ты знаешь такие душевные песни, — улыбнулась Ланелиса, вытирая слезы. — Тронуло до мурашек.

— Да это старое, — буркнул Мадар, краснея. — Раньше все пели, вот, что-то само захотелось.

Каждый из мужиков, стоявших рядом, хлопал по спине и пил за Мадара, предлагая угостить его элем.

— Сейчас я так жалею, что обходил это место стороной, — прошептал крестоносец.

— Отправляемся?

— Да, — решительно кивнул Ретрокс.

Выйдя из таверны, они направились ко дворцу. Каждый погрузился в свои мысли, так что шли молча. Посмотрев на друзей, Ретрокс догадался, что они нервничают не меньше его. Сделав глубокий вдох, он прошептал.

— Инэль аси инша! Ты силен, покуда помыслы твои чисты.