Одержимые

Максимально сосредоточившись, мы шли молча и быстро. Мелькающих на дороге за деревьями людей игнорировали, благо и они не спешили идти с нами на контакт.

Не расслабились даже тогда, когда оказались на улице Влада. И не зря.

За ближайшей трехметровой оградой послышалось громкое утробное урчание, потом хруст, а секунду через нее перелетело что-то круглое и, упав на дорогу, покатилось по ней.

— Твою мать... — прохрипел Колян и, выставив меч, попятился.

Упавшим предметом оказалась оторванная мужская голова.

Возникла мысль насадить голову на вилы и попробовать выманить неведомого противника таким образом, но я ее отбросил и решил использовать для этого дела снятую через инвентарь футболку. Не факт, что сработает и тем более так, как надо, но оставлять за своей спиной монстра нельзя.

— Дай я, — одними губами прошептал Влад, когда понял, что я задумал и, забрав у меня вилы, подошел к забору.

Мы с Коляном заняли позицию рядом с местом, куда по нашим расчетам должен прилететь перепрыгнувший через препятствие враг. Шизоид дождался знака и, вытянув руку так, чтобы приманка не находилась над его головой, поднял ее...

— Мра-а-у!!! — вилы вместе с моей футболкой тут же отлетели в сторону, а на забор взлетело темно-рыжее огромное нечто с горящим на морде единственным зеленым глазом.

— Не стреляйте! — заорал вдруг Влад. — Это Барсик!

— Какой нах.

— Это котик местный!

— Шизоид, — чувствуя надвигающуюся беду, я стал говорить тише, маленькими шажками приближаясь к валяющимся в сугробе вилам. — Это мутировавшее зеленоглазое чудовище, с огромными когтями и зубами. Выставь над собой копье и медленно отходи.

— Он меня не тронет, я его котенком кормил...

— Тот мужик тоже, наверное, кормил.

Я достиг цели и, быстро присев, схватил вилы. Барсик продолжал неподвижно сидеть на заборе. О том, что он живой, говорил только внимательно следящий за нами единственный глаз и изредка вздрагивающий хвост.

— Когда ему давным-давно глаз выцарапали, он у меня неделю жил, и я его выходил, он не тронет... Барсик... Кис-кис, это же я, Влад.

— Ты же знаешь — я сам люблю кошек, но не тех, которые людям головы отрывают.

Ситуация была патовой и не только из-за неадекватного поведения Шизоида. Зверь явно опаснее собак, и повернись мы к нему спиной, разорвет в клочья.