Одержимые

Ты со мной согласен?

— Да, — после короткой паузы сказал Валера.

— Мы не в школе, поэтому мирить я вас не буду, и вообще считаю, что вам нужно прямо сейчас разделиться и пойти в разные части города.

После этих слов самый молодой поднял испуганный взгляд на Валеру.

— Я с ребятами хочу!

Точно брат! Друг бы не стал при чужих так ронять авторитет лидера, да и голос похож. Тем лучше, вдвоем Валера с русым в спину точно не ударят. Хотя ситуацией, конечно, надо воспользоваться.

— А если вы вдруг решите идти дальше с Костей, — продолжил я, пока Валера удивленно разглядывал брата.

— То только на условиях, что всю операцию курирую я, а этой группой руководит он. И до момента возвращения назад это не обсуждается.

— А ты какой уровень? — вдруг спросил русый.

— Мы все четырнадцатые.

Даже у Валеры брови взлетели вверх. Он помолчал секунд пять, потом встал и вышел с кухни.

— Костян! — донесся его голос. — Ты зла не держи. Мы все на взводе. Вспылил, каюсь. Правильно Ярослав говорит, потом с тобой сядем, порешаем по-мужски (я совсем не так говорил!), а пока — что скажешь, то и будем делать.

— Нет проблем, Валер.

Когда я заходил, они жали друг другу руки.

— Тогда дайте мне еще три минуты, — я встал в коридоре и подождал, пока все посмотрят на меня. — Как вернемся, мы обязательно все по-мужски обсудим. А пока расклады такие: моя тройка сейчас идет к боссу, а вам, пока обезьяны не исчезли, нужно еще немного покачаться. Мы оставим наши излишки артефактов, Костя разделит. Если решите заканчивать, нас можете не ждать.

Если нет, то встречаемся здесь за пятнадцать минут до следующего понижения нормальности. Все согласны?

Все были согласны, а потом раздались нарастающие возгласы удивления, когда мы в углу комнаты в кучу стали скидывать «излишки», превосходящие то, что они совокупно на себе носили.

— А перед тем, как Костя все разделит, расскажите подробнее, что за босс, и где он.

Босс — а это однозначно был он, без всяких приставок «мини» — засел на просторной площадке между высотными домами.

Мы по очереди передавали друг другу бинокль, чтобы получше его рассмотреть, так как описать, что он из себя представляет, было очень трудно.

Будто бы гуманоида вытянули в высоту до пяти метров, добавили ему еще семь-восемь пар длинных верхних конечностей, снабдили их десятками шипов, а вместо суставов вставили шарниры. И это нечто на двух худых ногах быстро перемещалось внутри созданного им же самим круга диаметром метров пятнадцать.