Проклятый

Мой сын, мой бедный сын, это чувство даровало ему мощь, превосходящую моё понимание, но оно ведёт его к гибели.

- Ты думаешь, он ещё любит Наталью? – Белобог приподнял от удивления бровь.

- Не Наталью, свою мёртвую жену. Он всё ещё любит Светлану и хочет соединиться с ней в посмертии. Ты глупо поступил, не остановив мой приказ искалечить её. – ведя беседу Чернобог не переставая поигрывал мышцами великолепного тела, любуясь их совершенством и изрядно раздражая светлого брата. – Я почти что решился оставить его в покое.

- Остановить твой приказ?!!! Я что должен был следить за каждым твоим шагом? Это был твой сын! – Белобог полыхнул так несвойственным ему гневом

- Но твои испытания. – парировал довольный донельзя Чернобог: ему всё же удалось вывести брата из себя – Всё равно уже поздно что-либо менять, мы оба виноваты в том, что произошло и даже если разберёмся друг с другом – он не простит и не остановится ни перед чем.

- Да, твой сын не простит, я не успел научить его прощению. – светлый владыка скорбно повесил голову – Я ведь чувствую боль каждого человека на земле но его муки перекрывают терзания остальных людей, так же страдал и Христос, неся искупление за их грехи.

- Хватить болтать! – Тёмному владыке явно надоело слушать нытьё брата – Нужно заняться насущными делами, кроме Бэра существуют и его армии, нужно собрать все наши силы в Земле Золотых Змей, укрепить стены и приготовить город к осаде.

- Да уж, если он прорвётся в наш мир и получит поддержку твоих бывших рабов, его уже никто не остановит – согласился Белобог, и оба божества растворились, будто их и не было.

Комната, в которую привела оборотня Сулейя, потрясало роскошным убранством, даже по константинопольским меркам: ковры, шелка, золотые украшения на стенах, несравненное оружие, посуда покрытая чеканкой – всё это разбежалось по комнате, указывая на великолепный вкус хозяина и его немалое состояние. Едва они переступили порог, как девушку подхватили заботливые руки и куда-то увели. Бэру предложили фруктов и попросили подождать.

Не став просто ждать, он вновь погрузился в мир духов. Оборотень решил искать иначе, уверенность в том, что его власть запирают определила ход мыслей. Бэр пустил разум мельчайшей пылью, забивающейся во все щели, от которой нет защиты. Натальи принц тьмы не обнаружил, но ощутил опасность для себя.