Проклятый

Постоял, привыкая к свалившемуся миру запахов и звуков, что даёт намного более полную картину чем зрение, принюхался. В этом каменном мешке было несколько струй, которые просто не могли быть случайными: дерево, старая кожа, тряпки и железо. Запомнив местоположение источника, он вернул себе человеческий облик, оделся и пошёл за предметом.

Светлана начала волноваться, солнце вот-вот взойдёт, а Бэра всё нет. Если бы не запрет предков, она уже неслась бы за ним по тёмным коридорам пещеры. Край неба слегка заалел, а во тьме норы послышался хруст камешков и в предрассветных сумерках появился её муж, грязный, словно полз аж до нижнего мира и обратно.

Но он всё-таки нашёл, нёс в руках что-то завёрнутое в тряпицу.

- Супруги должны быть чистыми в свою первую ночь! – крикнула девушка. – Бежим к озеру!

Оно оказалось на удивление близко, не пробежали и версты, как засеребрилась вода. Оборотень влетел в неё, скрылся с головой, лишь грязное пятно ширилось по воде, подгоняемое расходящимися кругами.

Верхушки деревьев окрасились в кровавые цвета, скоро взойдет солнце.

Вода всплеснула, выпуская Бэра, похожего на озёрного бога, такого же могучего и прекрасного в своей мощи.

Светлане свело дыхание, когда он коснулся её, по жилам, казалось, побежал огонь и в то же время девушку затряс озноб. От поцелуев побежали мурашки, впервые он касался её со страстью, ласкал как женщину, а не ребёнка. Она горела в его объятиях, чудилось, будто превратилась в ревущее пламя, жаждущее ещё, ещё, ещё!

Бэру пригодились уроки Зари, он сумел не причинить юной супруге боли, она ничего не почувствовала, сжигаемая страстью, получившая, в единении душ, возможность на миг стать им, почувствовать мощь, перед которой даже боги – ничто.

Оборотень сам не понял, как допустил её к своей силе, как позволил коснуться ледяного пламени, полыхающего в груди. Но она коснулась, слившись с ним, и он сам взорвался восторгом, намного более сильным, чем плотские утехи.

Показался край огненного диска, его лучи огненными стрелами прорезали воздух, осветив слившиеся фигуры, дающие начало новой жизни.

Кем он будет, его ребёнок? Превзойдёт ли своего отца в могуществе и искусстве разрушения или принесёт людям великое счастье? Сейчас для них это не имело никакого значения, существовали только они и их любовь.

К полудню, насытившись друг другом, молодые супруги заинтересовались что же такое Бэр принёс из пещеры. В тряпках оказались полуистлевшие ножны с узким клинком, шириной в три пальца.