Три сестры

Впрочем, не смотря на то, что Бангкок – большой город, его понятия о дальности сильно расходись с моими, или он, как в фантастическом романе, просто умел сворачивать пространство. Пол часа неспешной поездки по задворкам и пустым дорогам – и я увидел вывеску аэропорта.

Так, в половину пятого утра я уже зарегистрировался на рейс и ещё долго ждал, когда начнётся посадка на маленький самолёт; мы стартовали в темноте, а вскоре рассвело, и под нами показалась гладь Сиамского залива. Я знал, что мы будем пролетать над островами Тао, Панган и Самуи – места, куда я, собственно, и собирался, но мне очень хотелось спать, и я их так и не увидел, хоть и приготовил фотоаппарат, чтобы заснять.

Из аэропорта, больше похожего на маленький и чистый автовокзал, нас отвезли на пристань, и там я разглядел на горизонте другие острова, вспомнил, что здесь их называют «сёстрами» и, наконец, осознал, что вернулся в Таиланд. Наш корабль шёл по самому известному местному маршруту, с его палубы без труда можно было разглядеть острова заповедника, на одном из которых происходило действие истории Алекса Гарднера под названием «Пляж».

В столице острова Самуи, Натоне, я быстро нашёл тот гестхаус и, хоть я ничего и не бронировал, меня без проблем туда заселили. Я предупредил чувака с рецепшен, что компания потеряла мой багаж, но может его прислать, принял душ и пошёл покупать самое необходимое. Маме я не стал писать о случившемся, купил сим-карту и попытался дозвониться до компании, но там было либо занято, либо никто не брал трубку.

Утром я побрился китайскими бритвами, которые купил в Теско Лотусе, порезал себе всю шею, и мне было невесело. Именно в этот момент в дверь мне постучал чувак с рецепшен и сказал, что привезли мой рюкзак.

Я спустился вниз, бегло осмотрел его и расписался в бумагах.

Воистину, как сказал кто-то из мудрецов: Если хочешь сделать человека счастливым, то сначала устрой ему писец, а потом верни всё так, как было.

Но на этом история не закончилась. Вечером, когда я достаточно рано вернулся в свой гест, за рецепшен стоял… большой чёрный чемодан! Да и не чемодан даже, а кофр – в вертикальном состоянии он достигал высоты моей груди.