Клан Волка. Том 4. Котлован

Те косились на нас по-разному: кто-то — с восхищением, кто-то — с неверием, а кто-то — с откровенной неприязнью. И если уж старшекурсники нас недолюбливали, то что говорить про тех Витязей Академии, что выбыли из турнира ещё вчера. Теперь они точно нас возненавидят.

Я оглядел стадион.

Среди вопящей толпы мне так и не удалось отыскать глазами ни Джанко, ни Мидори с Мичи.

— Ту янамарскую красотку из таверны выглядываешь? — внезапно спросил у меня Котов, которого я до сих пор придерживал, навалив на себя. Он кашлянул и добавил серьёзно: — Ты извини, что я тогда к ней полез.

Он улыбнулся и протянул мне ладонь.

— Меня придётся терпеть минимум ещё полгода, до следующих экзаменов, — усмехнулся я, пожимая его руку. — А вот ближайший экзамен по Линии Витязей мы, кажется, сдали.

— Тебе осталось ещё пять Линий сдавать, — тихо рассмеялся Котов.

Его смех заглушил звук фанфар, затрубивших на весь стадион.

Зрители стихли, ожидая объявления результатов. И снова вышел на трибуну глава Совета Академии, ректор Бессмертнов. Он заговорил в квадртаный микрофон, мерцающий соляными знаками, его голос зазвучал из каждого громкоговорителя.

— Дорогие зрители и слушатели! Дорогие участники турнира и его устроители! Самобытный и величественный Янамар! Мы приветствуем всех на празднике мужества, доблести и силы духа! На Ежегодном Турнире Витязей Международной Академии Линий! И с радостью хочу объявить результаты испытаний!

Он сделал вескую паузу, и трибуны снова взревели.

— Третье место! — снова заговорил Бессмертнов и чуть подождал, пока стадион утихнет. — Третье место занимает команда Милы Кутузовой, четвёртый курс, средне-сильная группа! По предварительным результатам последнего испытания в Иллюзионе отряд Кутузовой должен был занять второе место, но при выяснении новых обстоятельств судьи решили присудить команде третье место! Примите наши искренние поздравления!

Рыжеволосая девушка из команды, стоящей рядом, помахала рукой трибунам, а затем вся группа поднялась на пьедестал и встала на нижней ступени.

Стадион взорвался аплодисментами, но по лицу Милы Кутузовой было видно, что она рассчитывала на другое место и лишь приличия не позволили ей состроить огорчённую мину.

— И какие же это новые обстоятельства повлияли на судейское решение? — услышал я рядом.

К нашей группе подошёл Герман Григорьев.