Страна забвения

— Ясно всё с вами-и-и!

Внезапно машина остановилась, словно врезавшись во что-то. По инерции все, кто сидели на скамейках, попадали друг на друга.

— Ну всё, старик! — разъярённо прорычал Алз, помогая встать рухнувшему на него Корду. — Сейчас ты огребёшь!

Вслед за спрыгнувшим из фургона алхимиком чуть с запозданием отправились и чернокнижник, и маг крови, оставляя лежащего на скамейке синоби и Рису одних.

— Интересно, что там случилось? — спросила Риса.

— Выйди, проверь, — посоветовал Леонардо.

— Нет, — она отрицательно покачала головой.

Закатывая рукава плаща, полный лютой злобы Алз шёл к кабине, откуда как раз выходил водитель — пожилой мужчина в рубашке и брюках, с кепи на голове. Переглянувшись и кивнув друг другу, Игорь и Корд схватили алхимика за руки.

— Отпустите! Я сейчас всыплю этому преклонному водятлу! — тому всё это не понравилось, и он принялся вырываться, бурно возмущаясь.

— Успокойся, — приказал малефикар.

— Тебе же говорили, что дорога дрянь, — привёл довод дроу.

— К тому же бить стариков — это плохо, — продолжил настаивать Корд.

— Кроме тех случаев, когда они пытаются убить тебя — да, это плохо.

— Игорь! — нахмурился Корд.

— Что? Я учитываю все варианты развития ситуации!

Раздался вздох.

— Ты не помогаешь…

Немного побушевав, Алз утих и повис в их хватках.

— Всё, я успокоился, — чуть обиженно пробурчал он. — Отпускайте меня.

— Точно? — Игоря терзали смутные сомнения.

— Корд, поручись за меня!

— Отпускаем, — принял решение тот.

Пока они решали свои проблемы, старик, откинув капот, уже копался во внутренностях парового транспорта. Прислонившись к кабине и скрестив руки на груди, дроу поинтересовался:

— Ну как, Петрович?

— Не фурычит, — Петрович стёр с лба пот и поправил кепи. — Мотор перегрелся, когда охладится до конца, хрен его знает.

— Могу предоставить хладагенты, — маниакально улыбаясь и держа в руке две исходящие холодным паром колбы, предложил Алз. Старик кинул на них пребрежительно-насмешливый взгляд.

— Знаю я эти хладагенты, — он захлопнул капот, — после них движок летит к чёртовой матери. Привал, парни! — Петрович вскинул голову и, прищурив глаза, оценил положение солнца как «где-то между семнадцатью и восемнадцатью часами». — Закат через полчаса-час, готовимся к ночлегу.

— Ох ты ж бл…

— За ночь охладится? — серьёзно спросил Корд.

— Должен.

— А если нет? — полюбопытствовал прекративший ругаться Алз.

— Тогда вы пешком почешете до своего отряда.