Последний конунг (Начертатель-3)

— Откуда тебе знать, монах?

— Я ученый муж, — напомнил он и назидательно поднял перст к небу. — Я должен многое знать. Впрочем, когда сюда заявился конунг Гутфрит, все и так было ясно. Между лумлендцами и мерглумцами отношения примерно такие же.

— Один народ, один язык, но…

— Но, — кивнул монах. — Именно это “но” и привело к череде войн. Некогда Лумленд и Мерглум были единым королевством. Лет сто держались после падения империи древних. Но затем, как водится, начались споры. Споры за земли, за права, за торговые пути… Некогда этими землями правил единый род, но затем его потомки настолько отдалились друг от друга, что образовали собственные королевские семьи.

— Однако сейчас королевства не воюют, — заметил я.

— Да, но и дружбой это тоже сложно назвать. Оффа же неспроста отдал Беору за Эдельхуна. Мерглум ослабел после смерти его отца, самого Оффу ввиду его юности немногие восприняли всерьез, а за его троном ведется непрерывная борьба между олдерменами за влияние. В такой ситуации, реши Лумленд атаковать нас, шансов у Мерглума было бы немного.

— Что ж, вот мы и подошли к врагу, — кивнул я. — Что за человек этот Эдельхун?

Велстан отпил немного отвара и поморщился.

— Меда ты пожалел… Что до Эдельхуна, то выдающимся человеком я назвать его не могу. Суровый муж. Набожный - насколько набожным может быть знатный мужчина, который к тому же еще и воин.

— Бить и насиловать жену - это не порок?

— Она принадлежит ему, Хинрик. Ты же знаешь, что предписывают наши законы. Жена да будет под покровом мужа своего, под его защитой и волей. Беора знала, на что шла. Мало кому даже из знатных дочерей удается найти счастье в браке. В детях - безусловно. Однако за время своего недолгого брака Беора так и не понесла.

Может и к лучшему.

— В этом, к слову, и заключается большое беспокойство олдерменов. Ситуация с наследниками в обоих королевствах не самая обнадеживающая, — продолжил Велстан. — Оффа молод и еще не женат, хотя помолвлен с одной из дочерей индумского короля. Но ей всего двенадцать, так что вопрос деторождения несколько преждевременный.

— А Лумленд?

— Король Эдельвольф, старший брат Эдельхуна… Что ж, ему уже за пятьдесят, но ни в одном из двух браков наследников так и не появилось.