Магический гамбит

Для эксперимента Сэм попытался сплести заклинание сферы, но вся магическая энергия впитывалась в каналы.

— Надолго? — спросил Сэм у девушки.

— Месяца два, — проговорила Юри, а её ауры вспыхнула, приоткрывая черноту в глубине ядра.

— М-м, — простонал Сэм.

— Больно? — ладонь девушки легла ему на лоб: да, ты весь сырой.

— Просто у меня с развитием творится что-то непонятное: закрыл открывающийся разлом — не мог нормально колдовать, перешел на ступень мастера — потерял способность к плетению заклинаний.

У меня такое ощущение, что я делаю шаг вперед, а потом два назад, — ответил Сэм.

— Слишком большие нагрузки для неокрепшей ауры, — ответила Юри.

— Она дело говорит, карр. Ты постоянно надрываешься, — поддержал её ворон.

— Значит мне пора отдохнуть, — улыбнулся Сэм: не уверен, что смогу нормально держаться на пляже, но постараюсь, — улыбнулся Сэм.

— Отлично! Года два хотела побывать на Лазурном берегу! — обрадовалась Юри и поцеловала парня в щеку.

— Шепард свалил и Лачи с собой прихватил.

Студенты отделались испугом. Кройг оказал им услугу, решив принести в жертву сначала тебя, — прервал их разговор Диккенс.

— А жрец? — спросил Сэм и попытался подняться, но охнул от боли и снова расслабился.

— Какой жрец? — удивился пастырь.

— Которого пытался призвал придурок, которому я голову оторвал, — ответил Сэм.

— Ему поможет, — произнес Диккенс и протянул фляжку Юри: Еще Эмма сварила. Как выпьет и сможет передвигаться, жду вас в комнате — нужно поговорить.

Или не нужно — сами решайте.

Отдав фляжку Юри, Диккенс отправился к группке студентов, что столпились около клеток. Проводив его взглядом, Юри отвинтила крышку фляжки и понюхала. По гримасе отвращения промелькнувшей на лице девушки, Сэм понял, что во фляжке отборное пойло. Юри не ограничилась запахом и попробовала немного, тут же выплюнув.

— Дрянь редкостная, но Эмма отличный зельевар, — произнесла Юри.

Девушка поднесла фляжку к лицу Сэма, и ему в нос ударила вонь перегоревших костей, смешанная с непередаваемой вонью.

Смирившись, Сэм открыл рот и внутрь ему полилась густая желеобразная масса. Почти сразу его челюсти свело в судороге, а он перестал различать вкус. Он допил флягу за несколько приходов — слишком тяжело было глотать густую жидкость.

А потом все его тело пронзила судорога, а одежда мгновенно пропиталась потом, и только через несколько секунд по его телу разлилась приятная нега.

— Давай помогу, — подала ему руку Юри.