Белая Леди

Лилиана по-прежнему висела над местом своей последней телепортации и с ее рук били вниз небольшие разряды, похожие на электрические. По кому она вела огонь попаданцу видно не было, но он подозревал, что это были жандармы, так как в девушку периодически из того места прилетали ответные заклинания. Впрочем, видимого урона, они призраку не наносили.Единственно возможный план действий в данной ситуации сформировался окончательно. Тима огляделся по сторонам и увидел неподалеку от себя трехэтажный, достаточно широкий дом.

Прикинул так и эдак, хмыкнул, и побежал к нему, от всей души надеясь, что правильно все рассчитал.Подбежав к двери намеченного строения, Тима вновь оглянулся назад, прикидывая расстояние до вновь разошедшейся не в меру Лилианы. Та все еще была на своем месте и вновь, дико хохоча, швырялась какой-то гадостью в сторону жандармов.Попробовал открыть дверь, но та, что не удивительно, оказалась заперта. Тогда он, не долго думая, начал от всей души в нее колотить и вскоре из-за двери раздалось грубое:— Кого там еще принесло?— Помогите, — максимально жалостливо заголосил попаданец, — спасите, тут ужас что творится. Бунт! Измена! Помогите!— А ну пошел вон, мальчишка. Если там действительно бунт, то хрен я тебя сюда пущу. Нам проблемы не нужны! Проваливай!— Н-н-но, — попытался, было, возразить Тима, однако его грубо перебили:— Пшел вон, я сказал!— Ну ладно, сволочь, ты сам напросился, — тихонько буркнул себе под нос попаданец и, недолго думая, подскочил к небольшому оконцу, набранному из разнокалиберных прямоугольных мутных стекляшек, вставленных в не слишком плотный деревянный переплет и просто-напросто прыгнул в окошко, своим весом выбивая хрупкую конструкцию. Внутри оказалось достаточно сумрачно, поэтому грубияна Тима разглядел плохо. Увидел только, что это был достаточно пожилой раб, одетый как слуга зажиточного горожанина. Убивать его не хотелось. Да и не нужен был ему в его коллекции, если честно, столь убогий экземпляр. Поэтому попаданец не придумал ничего лучше, чем просто подскочить к рабу вплотную и, двумя ударами (в солнечное сплетение и в челюсть) уложить грубияна на пол. Больше никого в комнате, оказавшейся небольшой и довольно узкой, но при этом, неплохо обставленной, прихожей, не было. Две двери вели соседние помещения. Тима выбрал левую. Он шел уверенно и достаточно быстро, совершенно не реагируя на служанок и рабынь, иногда попадающихся ему на пути. Не мешают и хорошо.