Вторжение в Мидгарт

Лишь немногих они брали в плен и совершали с ними ужасные обряды, разрезая их тела и вытаскивая внутренности, чтобы развесить на ветвях дерева, словно плоды. Затем они поджигали дерево, опускались вокруг него на колени и утыкались мордами в землю, оставаясь в таком положении, пока пламя полностью не угасало. И так от гарта к гарту. Беженцы утверждали, что троллей было несколько тысяч, а среди них — сотни хримтурсов, ётунов и всякой нелюди, имя которой еще не придумали…

— Что?! — воскликнул Вульф, перегнувшись через стол.

— Да, — кивнул Арн, — так говорили те, кто выжил.

Вульф и Хельги переглянулись, после чего колдун горестно вздохнул и посмотрел на Арна, ожидая продолжения рассказа.

— Я хотел бы лично побеседовать с беженцами, — заявил Вульф.

— Пошлю за ними позже, — пообещал свер. — Словом, получив такие вести, я понял, что битвы с троллями не избежать, а потому разослал гонцов на запад и восток, чтобы собрать хорошую дружину. Если суждено мне и моему народу пасть от лап чудовищ, то погибнем мы достойно и заберем с собой не одну сотню врагов.

— Вне всяких сомнений, — сказал Вульф, — они уничтожили бы вас, сожгли бы весь Уппланд, и не потому, что сверы плохие воины, а потому, что ни одно человеческое племя не выстоит в одиночку против такого числа троллей и хримтурсов, да к тому же и ётунов, которые, кстати, очень сильные и опасные чародеи. Если сверы пожелают присоединиться к нашему союзу — племенам с западных берегов — и стать с нами одним народом и одной армией, то даже в этом случае наши силы будут в несколько раз меньше сил врагов.

— Да, ты прав! — согласился Арн, хлопнув ладонью по столу. — Я заключу узы братства с тобой и с князьями, что присоединились к тебе. Вместе мы одолеем врагов.

— И ты дашь клятву верности мне, как верховному князю Западных Фьордов и Уппланда, — твердо добавил Вульф, глядя сверу прямо в глаза.

Арн промолчал и посмотрел в сторону, нахмурил седые брови, а Хедин беспокойно заерзал на скамье, бросив смущенный взгляд на отца. Вульф чувствовал, что правителю большого и славного племени трудно принять решение, которое казалось единственно верным здесь и сейчас, но которое поставит его в один ряд с теми, кого он еще недавно назвал бы меньшими по силе и величию. Видя, что князь сверов колеблется, Вульф сказал:

— Твою клятву мы скрепим узами брака.