Вторжение в Мидгарт

Когда каждый из тех, кто дал клятву, прошел под дерном и глотнул из рога, Хельги вылил остатки священного напитка на землю в то место, где был срезан верхний слой. Затем выдернул посох и уложил полоску дерна на место, похоронив под ней то, что принадлежало земле. Хельги завершил ритуал, начертив в воздухе еще один знак Молота, который закрыл окно в Мидгарт, восстанавливая в мире прежнее равновесие.

Люди расслабились, лица осветились улыбками, благоговейный шепот быстро перерос в веселый гам. Многие воины из разных кланов жали друг другу руки и обнимались, радуясь тому, что теперь они все в одной дружине, сплоченные кровью своих вождей.

— Всем пива! — распорядился Хлёддвар.

Вульф позволил Вальхтеов перевязать себе руку, а потом подошел к матери. Старая женщина протянула ему рог с элем и сказала:

— Все правильно, сын. Я горжусь тобой. — Затем она приблизилась и, встав на цыпочки, зашептала Вульфу в ухо: — Победим мы троллей или нет, но сейчас ты стал вождем почти всех племен Западных Побережий и Йеддера.

Она лукаво улыбнулась и отошла в сторону, давая возможность Вальхтеов обнять и поцеловать брата.

— Если бы мы могли присоединить еще несколько народов, можно было бы выступить против турсов, правда ведь? — спросила она, глядя на Вульфа в надежде услышать положительный ответ.

— Всему свое время, — туманно ответил молодой ильвинг. — Скоро мы нанесем удар по врагу. Но сейчас нас слишком мало.

— Вульф! — Князь обернулся на голос и увидел Хильдрун, стоявшую за его спиной с рогом в руках.

Вульф тремя огромными глотками осушил рог и принял из рук девушки новый.

— После всех дрязг меня мучает жажда, — признался он. — Благодарю, ты очень добра.

Хильдрун улыбнулась шире, ярче, и в ее больших блестящих глазах Вульф увидел нечто такое, что впервые заставило его пожалеть о своем даре Мимиру.

[1] ХЕЙДРУН — коза, которая пасется на крыше Вальхаллы и питается листвой ясеня Иггдрасиль.

[2] БЕРСЕРКЕР — бешенный, одержимый воин, входивший в состояние невменяемости во время битвы. Он становился необычайно сильным, нечувствительным к боли и усталости. Многие сторонились и побаивались берсеркеров, хотя берсеркерганг (состояние бешенства, в которое впадали берсеркеры) считался благословением Одина.