Князь крови. Том 2

Ты хочешь спросить, что будет, если ты откажешься так сделать и продолжишь меня провоцировать? Я объясню. Я перетерплю всю свою клоунаду, потом мы с моей подругой уйдем отсюда абсолютно спокойно и проведем вместе отличный вечер. Но потом, где-то в будущем я найду момент, когда ты будешь слаб, когда ты будешь не готов, и в этот момент я ударю тебя в спину. Дворянину нельзя убивать дворянина и, я так полагаю, нельзя сильно калечить, но я могу сделать так, что любое движение будет сопровождаться для тебя невыносимой болью, хоть ты и останешься полностью дееспособен.

За нашим столиком повисла тишина. Я смотрел в глаза Евгения и мне совсем не нравилось то, что я так видел. Он не был буйным подростком — все его эмоции были исключительно напускными, а в глазах оставалось лишь ледяное спокойствие. Не то, которое вырабатывается с годами от пережитых испытаний, а то, которым некоторые прокляты с рождения, граничащее с полной бесчувственностью.

Он не отводил взгляда, не моргая, как и я.

Всё прервал официант, который абсолютно невозмутимо принёс и поставил передо мной и Настей тарелки с едой. У меня даже закралось подозрение, что он специально подгадал момент.

— Знаешь, — сказал, откидываясь на стул и расслабляясь, Евгений, — на самом деле я тебя уважаю.

Я взял приборы, предпочитая промолчать. Настя сделала то же самое — на вид страха у неё не было, что радовало — девочка росла над собой.

— Серьезно, Влад. Ты хороший противник, интересный, достаточно сильный, достаточно умный. У тебя яркая сила, с которой трудно бороться, но что самое главное — ты намного смелее своих родственников. Сложись ситуация чуть иначе, я бы хотел быть твоим закадычным врагом.

Тем временем принесли вино и воду, Нарышкин тут же влил в себя половину бокала.

— Я тебя понял, — ответил я ему, прожевав помидор.

— Пфф... Жаждут крови — это громко сказано. Твой братец запретил всем тебя трогать, да никто особо и не рвётся. Писарев больше озабочен решением других своих проблем, Маня в голове вряд ли может удержать больше двух мыслей за раз...

— Женя! — воскликнула Алёна.

— Что? Ты сама её терпеть не можешь.

Он одним глотком допил вино и сам наполнил бокал.