Avaritia

Неведомая сила сжала мои внутренности и стала давить на плечи с такой силой, что я упал с дивана вжимаясь в пол.

Что это вообще такое?

Даже пошевелиться не могу, а сделать вдох и подавно.

— Ты в этом уверен? — раздается задумчивый голос мужчины.

Давление прекратилось, мне дали возможность сделать жадный вдох, а также отлипнуть от пола. Все тело превратилось в одну единственную болючую ссадину.

— Я своими глазами видел, Владислав, — понизив голос обратился к мужчине усач, при этом подойдя как можно ближе. — Парень только недавно активировал свое ядро, пока его пытались двое убить в подворотне.

Ага, а ты меня бросил им на растерзание и даже не подумал помочь…

Глаза Владислава округлились, и он впервые за все время пребывания здесь посмотрел прямо мне в глаза. Уставший, непоколебимый и твердый взгляд пригвоздил меня к месту не давая двинуться.

Чувствую себя какой-то мелкой зверушкой попавшейся эфирным монстрам на растерзание.

— Как это возможно вообще? Ему кто-то помог?

— Нет, я точно помню, как проезжая мимо, чувствовал только два следа эфира от тех бандитов.

Каким я был?

— Ты уверен? — все еще не веря услышанному переспрашивает Владислав медленно поднимаясь со своего кресла.

Усач кивает отходя на пару шагов освобождая путь для герцога идущему в мою сторону.

Что-то, я уже начинаю жалеть, что он вообще решил на меня посмотреть…

— Это все в корне меняет, — задумчиво бубнит себе под нос мужчина, подойдя ко мне.

Не спрашивая позволения, он грубо хватает меня за плечо одной рукой, а второй, зажимая под мышкой трость, касается центра моей груди.

Я боюсь двинуться и сделать громкий вдох. Чувствую, как ладонь нагревается обжигая мою кожу, хотелось отстраниться, но я подавил в себе это желание.

— Теперь вы мне верите? — внимательно следя за происходящим спрашивает усач.

Оторвав руку герцог кивает со словами:

— Да, теперь верю, его ядро только-только активировалось.

Тут я уже вообще ничего не понимая, смотрю на них с недоумением. В целом, все конечно лучше, чем валяться мертвым в грязном переулке, или же бежать домой, где меня наверняка будут ждать.

А тут хотя бы жив, и даже для чего-то нужен.

Вот бы еще знать для чего именно?

— Это хорошо? — нахожу в себе силы задать вопрос.

Оба посмотрели на меня так, словно вообще впервые ощутили мое присутствие в этой комнате, но если Владислав нахмурившись отвернулся, то усач ехидно проговорил:

— Если не подохнешь, малец, то твоя жизнь сложится крайне удачно.