Чародей. Том 2

Тем не менее в целом все шло довольно неплохо. Проводники тоже не вызывали недовольства. Как говорится, работали не за страх, а за совесть, хотя один из охотников был ранен в момент захвата пленника.

Чародей улыбнулся. Ему показалось забавным, что именно его воля в данном случае является для них этой самой совестью. Жаль, но на границе с Оробосом придется их отпустить, не забыв предварительно внушить, что ничего не было, а рана у одного из них – результат неудачной охоты. Сейчас старший из временных рабов, несмотря на полученную травму, двигался немного впереди в качестве дозора, а младший – позади их небольшого каравана.

Внезапно дозорный остановился и поднял руку. Чародей притормозил и внимательно огляделся. Вроде ничего необычного – та же трава в пределах видимости, а это чуть ли не лига, никого не видно. Разве что ветер усилился. Чародей подъехал к дозорному:

– Что случилось?

Обветренное и загорелое лицо мужчины, жителя этой местности, не выражало никаких чувств. Однако глаза медленно обводили пространство вокруг, пытаясь за что-то зацепиться.

– За нами наблюдают.

Фебрилус пожал плечами. Его наблюдательные конструкты уверенно сообщали, что в пределах видимости никого нет, а сам он ничего не чувствовал. Впрочем, отрицать способности местного жителя, всю жизнь прожившего в единении с природой, тоже не стоит. Есть еще вариант, что их догнал выпущенный чародейкой конструкт, но Фебрилус ничего подобного не видел. Невидимые в чародейском зрении конструкты если и существуют, то он о них не слышал.

Возможно, конечно, Повелители Чар могут такие создавать, но опять же Фебрилус о таком не слышал. А может, он просто пропустил, не увидел, не почувствовал появление конструктов, но сейчас их точно нет. В любом случае их уже не догонят.

– Ветер странный, – произнес мужчина.

– Чем же он странен? – Фебрилус посмотрел на клонящуюся к земле траву и ничего необычного не заметил.

– По кругу идет вокруг нас, – провел рукой проводник.

И действительно, проследив за этим движением, чародей заметил, что трава пригибается более активно в одну сторону, аккурат вокруг их группы, охватывая ее с солидным запасом.

В животе неприятно потянуло. Чародей, нервничая, попытался создать что-нибудь более мощное в плане наблюдения – например, что-то вроде исследовательского конструкта, – но тут же бросил. Во-первых, у него они никогда не получались такой сложности, что могли бы помочь в теперешней ситуации, а во-вторых, он просто не мог успокоить суматошно забившееся сердце.