Чародей. Том 1

Да, вы будете работать на столицу, но, как бы это лучше сказать, не на всю столицу… Я понятно выразился? – Меллус пристально посмотрел в печальные глаза сыщика и продолжил, дождавшись его кивка: – Любая новая информация, найденная вами, войдет в ваш официальный доклад, но, как бы это сказать… в необработанном виде. Вы не будете распространяться о своих мыслях и идеях никому, включая тех людей, которые, казалось бы, работают с вами в одной команде ради общей цели. Потому что на самом деле это совсем другая команда.

Конечно же Имаген не стал давать ответ сразу. Сперва требовалось все еще раз хорошенько обдумать, а также по возможности проверить: благо кое-какие знакомства остались. С одной стороны, это предложение открывает долгожданную перспективу роста. Шанс, что бывшего столичного сыщика все-таки заметят не только недовольные, но и те, кто сейчас действительно у руля, весьма призрачный. Но даже в этом случае иметь кристально чистую совесть не получится: если ты забрался высоко, нельзя быть «самому по себе» – обязательно нужно быть «с кем-то».

То, что среди Академиков, которые стоят за спиной императора, идет грызня, действительно не было для него секретом. Недаром же он заподозрил в сбежавшем «Повелителе Чар» опального Академика.

Интересно, кто конкретно обратил внимание на скромного провинциального сыщика? От этого также зависело решение Имагена – стоит или нет сотрудничать с такой личностью. По крайней мере, ясно одно – это не проверка на вшивость, как он заподозрил сначала.

Конечно, осторожность не помешает, но интуиция подсказывала, что все чисто.

А вообще интересно получается: в столице действительно не знают, кто томился долгие годы в застенках маркинской тюрьмы. То есть это искусник, но не кордосец. Впрочем, Тристис уже и сам склонился к такому выводу после того, как ознакомился с результатами расшифровки разговоров Никоса с Кариной. То, что этот человек издалека, поняли все. Но если комиссия сочла его родиной один из малоизвестных в большом мире островов, жители которого контачат лишь с даймонами, то сыщик сомневался – были определенные несуразности в этой версии.

Взять хотя бы знание Никосом сразу нескольких языков, ни один из которых не смогли распознать лингвисты. При этом он абсолютно ничего не знает о таких столпах на мировой арене, как Кордос и Оробос. Как будто где-то живут целые народы, ни сном ни духом не ведающие о здешних людях, причем то же справедливо и в обратную сторону.