Пустота под масками

Тяжелая рука легла на плечо Дениса и вернула его к дверному проему палаты. Взгляд матери снова скользнул по лицу сына, но тут же перескочил на вошедшего.

– И вы здесь! – радостно улыбнулась она.

– Да, отец Михаил попросил убедиться, что вас тут никто не беспокоит. И, видно, не зря – от одной гадины вашего сына уже отбил.

– Ох, даже говорить о ней не хочу.

– Ну и правильно, нечего на нее время тратить. – Мужчина повернулся к Денису, слегка наклонившись вперед, отчего теперь стал ниже подростка.

– Кто это? Я его раньше никогда не видел.

От радушной улыбки, занимавшей половину лица каких-то десять секунд назад, не осталось и следа.

«Не сработало, – печально выдохнул парень, надеявшийся начать разговор с нейтральной темы. – Ладно, погнали».

– Береги маму, слышал?

Денис молчал.

– Как ты мог так поступить со мной? Ну, теперь-то ты счастлив? – мать обвела рукой кровать, капельницы и стоящие рядом медицинские приборы.

– Я не хотел довести до такого…

– Но довел! Довел! – Женщина всплеснула руками и прикрыла глаза, громко всхлипывая. – Закрой, не хочу, чтобы посторонние слышали, – просипела она, и сын молча закрыл дверь палаты.

В этом месте Денис должен был начать извиняться, и именно к этому его мать приготовилась, заглушив свои вздохи.

– Зачем ты это сделала?

– Что ты сказал? – она от неожиданности убрала руки от лица и уставилась на сына.

– Зачем ты пыталась себя убить? – Денис еще увереннее задал вопрос.

– Ты что, вообще ничего не понял? Думаешь, я хотела так поступить? Совершить такой грех?!

– Но ты ведь сделала это, – его голос оставался все таким же холодным и спокойным.

– Потому что ты меня вынудил! Или ты не видишь своей вины в этом? – Парень не успел ответить. – Ладно, раз ты так считаешь, считаешь, что я хочу умереть, хорошо… – Женщина начала срывать с себя датчики и, схватив приклеенный к коже внутривенный катетер, рванула его в сторону.

– Хватит! Прости меня, – он схватил руку матери, пытаясь прикрыть рану. Нужды в этом не было, но такому порыву Денис не смог сопротивляться. Мама, не обращая внимания на кровавую отметку на левой руке, правой приобняла сына.

– Я прощаю тебя, – она поцеловала его в макушку, – прощаю.