Воронка Хаоса. Метаморф

Человек десять оставшихся в живых из всей братии, пришедший сюда по души моей семьи, складывали тела своих товарищей в одном месте, но не это привлекло мое внимание, а высокий седовласый мужчина, идущий к горящему зданию и тащивший по земле изувеченное тело отца.

— Нет, папа, — прошептал я, не веря в происходящее, хотя в глубине души знал, что исход будет именно таким.

Отец положил многих, но он не был бессмертным или непробиваемым. У всех измененных имелась своя ахиллесова пята которая делала их уязвимыми.

Седовласый, почувствовав мой взгляд обернулся, глумливо оскалившись, и тряхнул безвольное тело, чтобы в следующее мгновение закинуть его в распахнутые двери горящего дома.

— Ненавижу, — прошептал я, чувствуя, как по щекам потекли слезы.

— Что щенок, вот и пришел конец вашей семейке.

Всхлипнул и вновь вскинул голову, оглядываясь, пытаясь отыскать среди живых или мертвых силуэт матери, но не смог.

Глава 2

Постарался в очередной раз вырваться из цепкой хватки, но не преуспел.

Очнулся от тряски и кое-как разлепил глаза, пытаясь перевернуться на бок.

— Помедленнее парень, не торопись, — послышался откуда-то сбоку мужской, надтреснутый голос.

Обернулся на звук, тут же схватившись за голову. От сильной боли зарябило в глазах, и я быстро заморгал, пытаясь прогнать черные точки. Как только это удалось, медленно огляделся вокруг, все еще не совсем понимая, где нахожусь и что происходит.

Почему я оказался в клетке?

Ухватившись рукой за один из прутьев, кое-как подтянулся и сел.

Только когда зрение более-менее привыкло к полутьме, и котелок перестал трещать как перегревшийся транзистор, понял, что нахожусь в кузове машины. Сквозь маленькое, заляпанное грязью окошко, внутрь проникал тусклый свет, позволяя рассмотреть ближайшее окружение.

А посмотреть было на что...

Точнее, наоборот, смотреть было не на что, а вот задуматься о том, что меня ждало впереди — стоило, ибо тот факт, что я сидел в прикрученной к полу грузовика железной клетке вместе с еще четырьмя пленниками не предвещал ничего хорошего.

Прочистив пересохшее горло, вперился взглядом в ближайшего товарища по несчастью и поинтересовался, слыша, как хрипло и приглушенно прозвучал мой голос.

— Где я?

— А сам-то как думаешь? — ответил мне черноволосый, усатый мужчина с разбитым лицом, сидевший рядом со мной и прижимающий пострадавшую руку к груди, тихонько покачиваясь при движении транспорта.