Воронка Хаоса. Метаморф

— Перестань, — буркнул здоровяк, — Виверна дело говорит. Были прецеденты. А уж у Агнари так вообще несколько случаев. Четверых Селия сама казнила прилюдно на центральной площади с императорского благоволения, дабы другим неповадно было, а то ишь чего выдумали, в княжеский род обманом влезать. После демонстрации, которую устроила княгиня, всем стало понятно, что Агнари закончились. Нет больше наследников, некому продолжить династию, а самозванцев ждет только одно — смерть.

Всё это, конечно, было интересно, но я мог доказать, что являюсь представителем данного рода.

Судорожно начал вспоминать, при ком показывал трансформацию. Кажется, что-то такое было при Гансе или всё же нет? Даже если и так, не думаю, что работорговец понял в чём дело. Да, я назвался Агнари, но он определённо мне не поверил. А вот Зиндар...

Этот хитрый змей, умеющей видеть магический потенциал, наверняка смекнул что к чему. Естественно, подвергал сомнению - не просто ведь так он спрашивал, будут ли меня искать.

В задумчивости почесал макушку.

На арену меня всё равно отправят, а там придётся в любом случае применять дар, если захочу выжить, а я хочу. Значит, скрываться бесполезно. Можно попробовать закосить под дурачка и начать развивать фохат, используя магию стихий, только вот я в ней полный ноль. Неизвестно сколько времени понадобится, чтобы увидеть и раздуть хотя бы одну искру.

Не вариант.

Остаётся раскрываться и наращивать мощь.

Зиндар своего не упустит, воспользуется моими способностями на полную катушку. Слухи о том, что в команде бойцов Бернта оказался метаморф, начнут распространяться как круги по воде от брошенного камня. В итоге, рано или поздно дойдут до Селии, а там посмотрим, как она отреагирует: может, попытается от меня избавиться, а может — решит помочь. Пока об этом думать рано.

Что ж, решение принято.

Я никому не собирался выдавать своё волнение, наоборот, ухмыльнулся самоуверенно, хотя в животе затянулся тугой узел напряжения и мандража.

— Не верите? Тогда смотрите.

Вытянул вперёд руку, мгновенно отращивая когти. Не стал на этом останавливаться, тут же меняя челюсть, трансформируя ее в зубастую пасть, вытягивая череп и усиливая кости и внутренние органы.

Жаль, на большее я был не способен - ещё не научился. Вот отец умел отращивать хвост, покрываться почти непробиваемым слоем хитина.