Воронка Хаоса. Метаморф

Почувствовал, словно на меня навалилась тонна кирпичей, придавливая к земле и не давая подняться. Хватая ртом воздух и усиленно моргая, попытался прогнать черные пятна перед глазами.

Ментальная нагрузка и первый опыт реальной схватки дал о себе знать. Захотелось закрыть глаза и провалиться в беспамятство, но я упрямо помотал головой, прогоняя пелену, и сосредоточился на главном, переведя взгляд на подготовленных к жертвоприношению женщин.

Лучше бы я этого не делал. Моя детская психика все же не выдержала нагрузки, и я отключился.

Пришел в себя от того, что кто-то бил меня по щекам.

— Давай, соня, чего разлегся? Пора отсюда убираться. Я не собираюсь нести тебя на руках.

— А, что? — пробормотал я, приподнимаясь на локтях и понимая, что нахожусь на том же месте, где должно было свершиться жертвоприношение.

Судя по тому, что предстало перед моими глазами, в отключке я был недолго, от силы пару минут.

Вновь посмотрел на вспоротых женщин, понимая, что нужно хоть как-то им помочь. Не оставлять же мучиться?

Шагнул в их сторону и зажмурился, сглотнув набежавшую слюну.

Мерзавцы, садисты. Была бы возможность, еще раз прикончил каждого по отдельности — медленно, мучительно, чтобы на своей шкуре испытали все, что сотворили с бедняжками.

Крепкая ладонь вцепилась в плечо, разворачивая на сто восемьдесят градусов, а затем, в лицо прилетела плюха, опрокидывая меня наземь.

— Какого черта? — непонимающе уставился на злющего Дрейка.

— Ты, кусок идиота! На какой хрен ты полез в драку? Кто тебя просил вмешиваться? Решил нас обоих угробить? Мелкий паршивец!

Мои глаза полыхнули яростью от несправедливого обвинения, но усилием воли смог взять себя в руки, поднялся на ноги и пошатываясь побрел в сторону несчастных женщин, процедив сквозь зубы.

— Может быть можно еще хоть что-то сделать?

— Адриан, им не помочь. Они все равно умрут. Ничего не выйдет. Это было ясно с самого начала, мы бы все равно не смогли их спасти. Только зря рисковали своими жизнями.

Я упрямо подошел к ближайшей женщине, не слушая Дрейка, и опустился на колени.

— Ос-сво... Ос-свободи, — донесся до меня еле слышный шепот.

Видимо эти слова отняли последние силы. Женщина закашлялась, выпуская изо рта струйку крови, и захрипела, впадая в беспамятство.

Я сам не заметил, как по щекам потекли слезы.