Нейрим

Сначала я направился к фонтану и заново намочил свою повязку, а то уже начинало першить в горле от неприятного запаха. Ладно, хватит откладывать, за меня этого никто не сделает.

Оставив комнату с безвременно почившим хозяином, я направился к его охраннику. Бугай удобно расположился на огромном ковре и я, не долго думая, завернул труп в импровизированный саван и выволок получившийся рулон на улицу.

А вот сам Лука лежал на голом полу и я не нашел чем его можно сдвинуть до ближайшего ковра. Трогать руками разлагающийся труп я почему-то совсем не хотел.

Оставлю это помещение на десерт.

На первом этаже все казалось намного просторнее, ещё бы, всего лишь три комнаты. Огромный зал, который можно использовать на все случаи жизни, и для банкетов и для отдыха у камина с бокалом бренди. Стены увешаны различными трофеями и оружием, картину портило лишь огромное кровавое пятно и голова с широко раскрытыми глазами. Блин, забыл и её выкинуть.

Даже огромная секира разделяющая помещение на две, немного неровные, части смотрелась более гармонично.

Хотя на стенах тоже висели головы, правда отделенные от животных и не подающие признаков разложения. Не могу на это смотреть.

Я сорвал покрывало с одного из диванов и просто кинул его поверх мешавшей мне невольной детали интерьера. Запах все равно так быстро не выветрится, поэтому нет никакого смысла нести её во двор.

К сожалению помещение оказалось без сюрпризов, а вдруг у этого Лукаса нет никаких секретов, или это его загородный, тьфу мы же в городе, значит просто не основной дом.

Теория имеет право на жизнь, но слишком уж здесь всё похоже на обставленный с любовью дом, в котором хозяин проводил всё своё время.

Не может быть, чтобы он ничего не скрывал от случайного взора гостей, ведь к нему же приходили гости? Ну монах-то шел словно не в первый раз, значит приходили.

Пришлось осматривать вторую комнату, хотя кто что-то прячет на кухне, я не знаю как иначе назвать помещение с местом для приготовления еды и огромным деревянным столом, с десятью стульями.

На спинке каждого стула был вырезан определенный знак, похоже именные, но я не могу понять, что они означают.

На кухонном столе стояла чашка с протухшим салатом, мне даже не пришлось снимать повязку, чтобы почувствовать сей неповторимый аромат. Нет никакого желания смотреть, что они такое готовили.

Я снова сбегал к фонтану и, собрав всю свою волю в кулак, направился в последнюю комнату.