Нейрим

Всё таки жизненный опыт имеет значение. Пол года тренировок, никогда не сравнятся с тысячей лет. И не важно кто был твоим тренером, сам создатель или дядя Петя с соседнего двора.

Вот и сейчас несмотря на примерно равный уровень силы, Хлое удавалось перехватывать инициативу. И вот уже я отступаю, пытаясь блокировать эту смесь мельницы с молотом.

В пылу сражения я совсем забыл, что сражаюсь за гранью своих возможностей. Лишь увидев большие капли крови, падающие мне на руки, я понял что что-то не так.

Моя скорость начала падать, и я всё чаще пропускал удары.

Я просто лежал и смотрел на то, как вокруг меня растекается лужа крови. Множество ранений, смешалось с разрывами, полученными из-за перенапряжения.

Только после нескольких попыток подняться, я понял, что у меня сломаны обе руки. Я просто не смог опереться и упал в красную жидкость.

— Ну вот и всё. Каково это ощущать себя беспомощным? — голос Хлои казалось быть пропитан ядом, а я молчал.

Глава 25. Финальная битва.

Глава 25.

Я всегда понимал, что замахнулся очень высоко и даже армия, пришедшая меня поддержать, не в силах противостоять троим богам. Я с одной верховной-то не справился.

Жаль только, что много людей сегодня погибли из-за моей самоуверенности. Но я не поступил бы по-другому, даже если бы мне предоставили сейчас такую возможность.

— Что молчишь, ничтожество? Страшно умирать?

— Знаешь Хлоя, нестрашно.

— Ты мнишь себя героем, такой весь замечательный, пытался оказать сопротивление этим гадким богам. На самом деле ты здесь чужак и не имел никакого права влазить в чужую жизнь!

— Возможно, но я здесь. Почему же ты медлишь и не убиваешь меня, раз я так тебе мешаю? — я, с трудом, поднялся на колени и посмотрел в глаза, возвышающейся надо мной богине.

— Хочу растянуть удовольствие. Не надейся на быструю смерть, ты ещё помучаешься. — Хлоя предвкушающе улыбнулась.

— Одни хороший человек, а может и не человек, говорил мне: «никогда не давай волю эмоциям. Никогда не стоит расслабляться».

— И к чему ты это говоришь? — верховная на мгновение насторожилась, но увидев мои безуспешные попытки встать, вернулась в прежнее состояние.

— А я тебе отвечу, что победу нужно праздновать только тогда, когда все враги повержены.