Логик

Но самое любопытное было в том, как ярко-оранжевый горизонт постоянно менял свое положение, а вместе с ним трансформировалось и содержимое мира. Это было похоже на стеклянный шар в руке младенца, в котором заключен крохотный город. Шар то и дело падает на пол, подскакивает, младенец его поднимает и вертит, как захочет. Тут происходило примерно то же самое: настоящая свистопляска, только успевай следить.

Если Кае снится именно этот оранжевый мир и она сейчас где-то внутри, то «багровый сон» сработал как нельзя лучше!

— Ну, пойдем? — спросила ведьма.

Я кивнул, вдруг вспомнив, как увидел этот сон впервые. Внутри что-то отозвалось щемящей тоской по давно ушедшему.

— Осторожнее, это место может свести с ума, — сказал я Рове, первым переступая порог и падая в изменчивый мир.

— Ты поучи меня, логик! Я этот мир исследовала, когда ты еще родиться не успел, — усмехнулась она и вихрем метнулась следом за мной.

Так как вход в мир располагался на определенной высоте, пришлось какое-то время лететь и лишь потом мы ощутили твердую опору под ногами.

Вообще, суть этого оранжевого мира именно в его непостоянстве. Каждую минуту в нем меняются расположение и свойства всего, что там есть: только что земля была под ногами и гравитация надежно притягивала тебя к ней, как вдруг — бум! — все перевернулось с ног на голову и ты падаешь прямиком в небо. И тут же все преображается в прямо противоположное, правда, с некоторыми отклонениями: ну, скажем, та же гравитация становится в сто раз сильнее или в миллион раз слабее, так что, оттолкнувшись, можно подпрыгнуть вверх на несколько сот метров.

Реки тут текут сразу во все стороны — и взад, и вперед, и наверх, и вниз; геометрические фигуры, находящиеся высоко в небе, превращаются в газ или жидкость, меняют свой состав совершенно хаотично и каким-то непостижимым образом. Проще говоря, суть оранжевого мира — движение! А задача того, кто сюда попал, — обуздать это движение. Например, заставить хотя бы частичку чего-то быть неизменной, статичной или изменить ее по своему желанию.

Не у каждого ребенка-логика это получается с первого раза. Некоторые так вообще в ужасе возвращались назад и клялись больше ни за какие коврижки не соваться в этот ад. Но мне в свое время понравилось: я тут же понял, как надо себя вести, чтобы оранжевый мир стал ласковым и податливым. Впрочем, у меня ведь был талантливый учитель, Никадиус. Он хорошо подготовил меня, перед тем как дать в руки куб с «багровым сном».