Логик

И едва Илон замахнулся, а его заклинание сорвалось с кончиков пальцев, мы сделали свой ход — метнули в него сгустком чистой силы, которая до этого момента была надежно укрыта глубоко в подсознании.

Однако Илон бил не по нам: он направил свой смертоносный огненный вихрь ввысь, откуда на нас падала каменная плита. Вихрь разнес ее вдребезги.

— Я же говорила, верь в него… — радостно, но едва слышно отозвалась Кая, когда наша ворожба пронизала тело Илона.

Сейчас он светился, как утренняя звезда, а лицо его было блаженным и по-настоящему счастливым.

Своим последним заклинанием Илон вовсе не хотел нас уничтожить.

Он хотел спасти.

А затем до меня дошел смысл слов, которые произнесла скиталица. Вместе с этим пониманием мир подернулся пеленой, словно был не настоящим, а иллюзорным. И все вокруг залило светом.

В нем утонули и остатки каменных глыб, так что можно было больше не опасаться камнепада, и хмурые тучи. И даже блеск сверкающих молний не мог тягаться с этим ослепительным сиянием. Мой взор проник глубже, чем когда-либо, и передо мной вдруг предстала бесконечных размеров сеть.

Видение пропало так же неожиданно, как и невесть откуда взявшееся сияние. На ночном небе больше не было ни тучки, исковерканная земля стала прежней, вокруг валялись только каменные глыбы. Видно, тот, кто навел здесь порядок, посчитал нужным оставить их в качестве напоминания о нашем сражении.

А возле Каи появился молодой человек лет тридцати, в белоснежном одеянии. Он ласково говорил что-то скиталице. Наверное, успокаивал и подлечивал ее раны, и она была на седьмом небе от счастья видеть его…

— Я бы хотел любить ее вечно, — вдруг пронеслось над самым моим ухом, так что я удивленно повернул голову.

Рядом со мной находился Илон, и он был занят тем, что практически полностью восстановил мне потерянную руку. Ноги его, разумеется, были уже на месте.

— Ты…

— Люма, — ответил он. — Ну, или какая-то его часть. А может, это он часть меня. Так тоже можно сказать. В общем, приятно познакомиться, Кира, сын своей матери, — дружелюбно улыбнулся он, но за этой улыбкой я заметил измученность и утомленность проделанной работой. Он не хотел вершить того, что в итоге сделал.

Я, честно, не нашелся что ответить.