Логик

В общем, если сюда отправить жителей Крестострела или Полума, бедняги не продержатся и недели. Здесь властвовал закон выживания сильнейших, и горе тому, кто оказывался в столь беспощадном месте.

По обе стороны от проезжей части высились старинные огромные овальные здания с множеством окон и несметным количеством сидячих мест. То были колизеи — площадки для сражений, где каждый местный логик минимум четыре раза в год отстаивал право зваться воином. И если в Орифламме крематорий пустовал, то в Агзергаде его работа не останавливалась ни на минуту: тут неустанно сжигались тела погибших, не прошедших испытания силы логиков.

Воины жили битвами и стремлением стать самыми сильными, чтобы служить могущественному Совету. Даже воздух в Агзергаде был пропитан запахом крови, опасности и смерти. И несмотря на все это, сюда рвались со всех нижних уровней.

Часа четыре еще мы топтали пыльный камень, пока наконец не очутились на площади, где нас ждал специальный транспорт. Наверное, мы потому и не воспользовались техникой по пути сюда, что пришлось бы доказывать свое право на это.

А уж каких доказательств от нас потребовали бы в таком случае, одним бесам известно.

Никадиус показал охранникам перстень на руке, те одобрительно покивали головами и пропустили нас в машину. Через пять минут мы уже ехали по одной из самых широких улиц к главной резиденции Агзергада.

Все уровни Пирамиды Золтуса похожи между собой тем, что в каждом существует центральное управление, окруженное огромной толщей воды со всех сторон.

До него можно добраться лишь с помощью длинных мостов. Крестострел не в счет — он единственный имеет скрытые под камнем лабиринты катакомб.

Мостами мы не пользовались, так как шахта смертников, из которой мы вышли, изначально находилась почти в центре уровня. Она исполинским столбом вырывалась из камня, устремляясь к потолку. Однако центральный район столь велик, что даже за четыре часа не дойти, скажем, от северного моста до южного. За это время мы преодолели лишь часть расстояния, предстояло проехать несколько миль еще и на транспорте!

Спустя полчаса планер затормозил возле серого здания высотой в восемь этажей.

Еще один отряд охраны встретил нас возле стеклянных дверей, а когда мы вошли, отправился следом.

Добрались до самого верха, куда вел единственный вход на последний этаж: ни в одной из стен не было окон. Наглухо забаррикадированное помещение показалось настоящей тюрьмой, хоть и комфортабельной.