Логик

Пристально, словно пытливый ученый, я оценивал изменения, произошедшие с ним. Этот белый кокон, состоящий из нитей, происхождение которых было явно чужеродным, надежно хранил мои собственные частицы Механизмов Времени. Не отторгал их, не подавлял, а бережно заботился, не позволяя потеряться ни одной крупинке. Сшитые осколки намертво затвердели и стали неотъемлемой частью кокона.

Было просто удивительно, что чужая магия, магия моего врага, которая — нас всегда этому учили, с самых пеленок! — способна была лишь подавлять силы логика, сейчас увеличивала их.

Этот сосуд не стал заменой старого — он являлся его продолжением, законным и естественным, именно таким, как задумано изначально природой. Вот что я понял…

Однако, как сказал Соломон, часть Каи теперь навсегда поселилась во мне, слилась, породнилась и не собиралась противиться такой участи, напротив — была рада и принимала как мое физическое тело, так и иную, скрытую от глаз ипостась.

Чувствовал я и то, что вырабатываемые телом частицы Механизмов Времени отныне станут другими, и силу они будут нести другую.

Лучше? Хуже? Не знаю. Но то, что Кая меня спасла и тем самым изменила привычную организацию меня самого как существа, — факт. Думаю, полностью оценить состояние можно будет лишь через день-два, когда внутри все придет в норму и я залечу собственные раны.

— Ты, наверное, голову ломаешь, что теперь будет с твоим сосудом? — произнесла Кая и, не дожидаясь, сама ответила: — А я понятия не имею. Просто, когда старик меня почти убил — он хоть и махал руками, однако бил именно по жизненно важным местам, — я оказалась в собственном пограничье.

Пограничье — это то самое место, куда могут уйти все интуиты, наше внутреннее убежище.

Я, продолжая виснуть на плече девчонки, повернулся к ней, внимательно прислушиваясь к словам.

Кая продолжала:

— Я чувствовала, что пограничье отныне не все, чем я обладаю. Тот мир… оранжевый, из «багрового сна», проник в него, Кира. Поначалу я дико испугалась! До сих пор такого не случалось, даже намека не было, что с НАШИМ местом, куда отправляются все интуиты каждую ночь, может что-то случиться.

Оно… просто неуязвимо, понимаешь?!

— Да, — хрипло, изо всех сил напрягая голосовые связки, ответил я, — прости…

— Я очень разозлилась тогда! — еле сдерживая гнев, сказала Кая. — Твои действия затронули самое ценное из даров свободы. Как я сожалела о том, что воспользовалась тем кубом. Казалось, что даже смерть придет оскверненная вашей логической ворожбой.