ЧОП "ЗАРЯ". Книга вторая

Я еще раз пробежался между вещами и мусором, пытаясь понять, куда же делся последний, но заметил только более тонкий слой пыли, похожий на следы, уводящие дальше в темноту. И пошел по ним, виляя от стенки к стенке, чтобы ничего не пропустить.

Нашел еще несколько скелетов и кучу разбросанных костей. Нашел место — большой плоский камень, на котором «готовили». Там тоже росли грибы, а рядом валялось несколько затупленных тесаков, тряпки и кожаные ленты для перевязки. Еще было несколько мест, где пытались ломать стену, но в итоге часть из них превратилась в отхожее место.

И только метров через сто я увидел сужение и несколько новых тоннелей. В первый было даже не войти, опять целые глыбы, которые не поддавались киркам. Во второй я прошел метров десять, но опять уперся в камни. А вот в третьем было что-то новенькое — те же камни, та же глыба, но расколотая на несколько частей и вжатая в стену.

Именно отсюда тянуло холодом и здесь был проход дальше.

Не аккуратно откопанный на всю ширину и высоту тоннель с унесенными из прохода камнями, а будто здесь червяк прогрыз себе ход. Овальная дырка, в которую на корточках мог протиснуться человек. Края неровные, но гладкие — будто кто-то песок обжигал до стеклянного состояния.

Тоннель за завалом изменился, и если балки с обшивкой закончились уже давно, почти сразу, как мы свернули в отнорок с кротами, то здесь все началось опять. Плотно подогнанные каменные плиты на полу, сводчатый потолок, на котором стали появляться надписи, которые я не смог прочитать.

Через пару метров в полу обнаружилась дыра, одна плита, провалилась вниз. Белка подошла к краю и свесила мордочку, а я разглядел очертания острых пик и насаженный на них старый труп с длинными волосами.

Второй труп и вторая ловушка, к счастью для меня, уже давно сработавшая, и к несчастью для прибитого к стене трупа, сработавшая в момент, когда он здесь шел. Три или четыре стальных штыря вылетели из незаметных ниш в стене и пригвоздили мужчину к противоположной.

Не военный, скорее ученый с тубусом за спиной и сумкой, из которой на пол рассыпались письменные принадлежности и разбитый фонарь.

Символов становилось все больше, на стенах появились знаки, которые и без переводчика вопили об опасности. Классическое «Не влезай, убьет» было изображено всеми доступными способами: и череп, и кости, и молния, и огонь.