ЧОП "ЗАРЯ". Книга вторая

Пахомовцы, выглядели так, будто им только что пенсию подняли, а несколько лет жизни, наоборот, скинули.

А в моем сознании промелькнул образ Мухи, показавшего мне большой палец. Может, так и не было, и просто мозг старался визуализировать обретение непонятной для него силы, привычными образами. Но я чувствовал, что стал сильнее — это факт неоспоримый.

— Эй, здесь тупик, и здесь тупик, а тут завал, но есть щель, — крикнул Гидеон, с фонариком бродящий между отнорками, — Пахом, харе когти рвать, осмотрите лучше все гнезда, может, упустили что.

Матвей, давай щель расширим, и попробуешь пролезть.

— У меня есть идея получше, — я отвинтил крышку душелова, — Белка, выходи.

***

Москва. Императорская городская библиотека-архивъ.

— Граф, мы тратим время зря, — практически простонал худой мужчина в дорогом костюме, поставив на стол стопку старых, пыльных книг. — Какая разница, если мы узнаем, какое поручение император дал Исаеву? Нужно немедленно отправить туда людей и помешать ему.

— Тссс, не шумите, — понизив голос ответил собеседник и оторвал голову от книги.

— Вы серьезно? И что, развяжем войну? Это императорский пес Исаев со своей личной гвардией. Вы даже с мальчишкой Гордея не смогли разобраться. Где он, кстати, сейчас?

— Смею напомнить, вы тоже не смог… — начал мямлить худой, но осекся под тяжелым взглядом, тихонько кашлянул и продолжил уже совсем другим голосом. — Временно выпал из-под нашего контроля. После провала Павловского и зачистки наших агентов вокруг Белого Яра, мы потеряли доступ к части информации.

Но границу губернии он не пересекал.

— Ищите. Пусть Павловский ищет сам и пусть закроет этот вопрос.

— Он в розыске, скрывается в Томском убежище братства, — покачал головой худой.

— Вот пусть и докажет, что мы должны дать ему второй шанс. И следите за Исаевым, император не должен получить то, что найдут в захоронении первых учеников Пересвета, — мужчина развернул книгу, поднял ее и с победной улыбкой ткнул пальцем в размытые от старости строки.

Глава 8

— Гидеон, прикрой меня, — я выбрал небольшую выемку в скале и сел в ней, положив перед собой ружье.

— Не знаю пока, как с этим можно работать, возможно, буду далеко.

Священник не стал задавать вопросов, кивнул и начертил линию вокруг меня, бормоча какую-то молитву.

Окей, приступаем! Я потянулся к душелову — в сознании возник образ органайзера с пятью отделениями. Не тюрьма, стен и потолка не видно, а темные бескрайние пространства с подсветкой только в месте нахождения фобоса.