ЧОП "ЗАРЯ". Книга вторая

Я умылся снегом, пришлось из-под машины зачерпнуть, чтобы зеленых пятен не было. Стало холоднее, но чуть отпустило. Глаза, по крайней мере, стало проще держать открытыми.

Дрожащими пальцами я полез в карман за огневиком. Где-то еще остался третий. Надо скорее изгнать деймоса, в надежде, что приход словлю.

На дороге послышался гул моторки. Прям родной — я уже «буханку» начал по звуку узнавать. По мне мазнул свет фары, послышался скрип снега и хлопнула дверь.

— Матвей, ты как? — тощий силуэт Захара размывался, в руках у него было ружье.

— Еще есть кто?

— Одна где-то бродит, — я чиркнул зажигалкой и поднес пламя к разорванному деймосу, дальше говорить толком уже не смог, — Херасе, сколько ж в нем дури…

Жесть! Вот это заряд бодрости! Показалось, что я сейчас без лыж до Пердехляя добегу, выпью там и вернусь обратно, а Захар даже до моего места не успеет дойти.

— Матвей! Быстрее! Он за фургоном! — закричал железный человек и бахнул дуплетом куда-то в сторону, — Тикай сюда!

Захар начал пятиться и снова бросил мне ружье.

И снова криво. И снова без патронов, разряженное. Но в этот раз я хотя бы успел ухватиться за приклад и даже развернуться, когда прямо над ухом раздалось хлопанье крыльев.

Тварь гавкнула и залилась лающим смехом, но я уже был под колесами «полуторки». И сейчас недавний заряд скорости мне дико мешал, я рассыпал почти все патроны, что были в кармане. Дрожащей рукой в отблесках догорающего деймоса, шуршал в снегу, в поисках тех самых «светлячков».

Как назло, попадались только зажигательные.

Тварь ко мне не полезла. Может, затаила обиду на Захара, а, может, запах полыни из огня изгнания не понравился.

— Матвей! Чего ты возишься? — крикнул Захар, и я понял, что тот точно так же залег под «буханкой».

— Секундочку! Ща-ща-ща! Есть! Иди к папочке, светляк, тебе светить надо, а не в кустах сидеть! — я нашел аж четыре нужных патрона, лежа, с трудом переломил двустволку, зарядил и взвел курки.

Высунулся из-под колеса, прицелился в крылатую спину и выстрелил под лопатку, в место с бугристым горбом, из которого росло крыло.

Попал, целиком не отстрелил, но сломал точно — левое крыло опало и стало волочиться по снегу.

Ревущий деймос развернулся и дернулся в мою сторону, я выстрелил второй раз. Целил в голову, рассчитывая попасть в то место, где будет морда. И опять в яблочко — в лоб, так что жгучий фальшфейер начал брызгать белыми искрами в глаза монстру.