Беглец

Итак, комендант. Если он адекватный управляющий, то должен собирать всю информацию о событиях, о людях, замешанных в этих событиях, а значит, и обо мне. Должен же он знать, кто покинул гостеприимные стены тюрьмы? Логично предположить, что такие данные у него есть, а насколько я разузнал, дома он не работает, только в своей рабочей резиденции. И вряд ли нужная мне информация хранится в сейфах – скорее, он просто держит бумажки в столе. Стоит сначала пошарить там, а если ничего не найду, то пообщаюсь лично… Хочется верить, что я правильно все разложил по полочкам.

Если придется встретиться с комендантом вживую, то лучше сделать это днем. Только воры-дилетанты считают, что лучшее время для проникновения в помещение с целью противоправных действий – после захода солнца. Разумеется, по-всякому бывает. Но в целом это проще сделать, когда вокруг тусуется много людей, а ночная сигнализация (скорее всего, наиболее навороченная) отключена. Главное – держать себя уверенно, не давая ни малейшего повода думать, что тебе здесь не место.

И тогда можно уволочь что угодно из-под носа самого внимательного служащего.

Карина, едва узнав о моих планах, сразу скисла. Даже новая игрушка – дракончик, которого она воспринимала как наикрутейший чародейский амулет и постоянно исследовала, не смог ее надолго отвлечь от грустных мыслей. В итоге девушка выдвинула ультиматум: она идет со мной. Главным доводом в ее пользу было мое плохое знание местного языка. Совсем не факт, что тот, с кем я буду общаться, знает даймонский, да и в бумагах я не разберусь без ее помощи.

Хотя я вполне обоснованно надеялся на то, что местный комендант, бывший военный, владеет даймонским хотя бы по минимуму. Даймоны – хорошие наемники, так что, судя по словам Карины, знание их языка среди военных не редкость. Правда, кадровые бойцы их не очень любят, поскольку те часто предлагают свои услуги обеим воюющим сторонам. В чем прикол работы на две стороны, я не знаю. У даймонов есть только одно правило: не воевать против своих. Как они разруливают ситуацию на поле боя, ума не приложу.

По словам Карины, я находился в тюрьме значительно дольше нее. Значит, люди, пристроившие меня туда, как и те, кто разбирался с вещами, могли смениться. Судя по рыночным слухам, комендант тоже человек новый. Но на то он и начальник, чтобы знать, кому дать команду пошарить в архивах. Сдается мне, здесь имеется хорошо отлаженный бюрократический аппарат, а значит, большая часть действий сопровождается соответствующими писульками.