За горсть монет

-В Гильдии я с недавних пор, – чуть помешкав добавила, – за раны прости. Лучше иди к лекарю.

-Знаешь, что-то мне подсказывает, оставь я вас тут наедине, и вскоре Гэбриэл прибудет следом за мной, – ответил тот, не опуская шипастой руки.

-Верно мыслишь! – рука вновь покрылась черной броней. Наемники подняли оружие.

-Люди! – покосившись на Скеитрира нейтралист добавил, – И не только. Мы признаем ошибку в чрезмерном распространении заказов. Ваши разногласия во время миссии – наша вина. Мы понимали, что такой исход возможен и принимаем ответственность!

-О нет, именно его действия – истинное предательство при любых обстоятельствах, – броня распространилась и заползла под длинные рукава.

Притом когти так и не появлялись.

Вдруг меж них проскользнула синяя пленка и преградила путь к схватке. Обернувшись, Гэбриэл увидел запыхавшегося нейтралиста, а рядом с ним высоченного, даже относительного самого авантюриста, человека со смуглым оттенком кожи. Его рука была поднята и извергала свечение цвета магической стены.

-Успел, – выдохнул приведший подмогу человек, – они ведь не начали драку? – прочие отрицательно помахали головами, – Слава Богам!

Кожа Алеаноры, за исключением правой ноги, вернула привычный цвет, а сама девушка выпрямилась, еще раз осудительно смерила взглядом Гэба, развернулась и ушла. Остановившись у раненного, она обратилась к нему:

-Полагаю, Гэбриэл – имя того предателя. Каким будет твое?

-Скеитрир, – сказал тот, наконец развеяв заклинание.

-Еще раз прошу прощения, Скеитрир, – когда авантюристка скрылась за дверью, стена рассеялась; Гэбриэл так же спрятал все оружия; некоторые разошлись, а оставшиеся, включая уже троих нейтралистов, пытающихся сдвинуть демона с места, обратили взгляды к магу, разнявшему взбушевавшихся наемников.

-Дан! – на последнем издыхании выдавливал слова Скеитрир, – Я-то думал, что это тебя наши враги загребли.

-Не стоит путать «думал» и «надеялся». Хотя тебе, как погляжу, в сражении со мной уцелеть не удалось бы, – низкий басистый голос отразился от стен коридора.

Сам же человек, одетый чуть ли не в один клепанный кожаный доспех, даже сквозь который удавалось разглядеть огромные мускулы, испещренные линиями геометрических татуировок, сделал шаг вперед и каянит лучше осветил черты лица: квадратное, с горбатым носом и глубоко посаженными глазами. В центре лба слабо поблескивало что-то, напоминающее четырехконечную звезду. Жесткие волосы цвета ржавчины были связаны в пучок, слегка виднеющийся над макушкой.