Дельта. Том V: Новое Будущее

] Галя, если ты это читаешь – прости меня! Это я, Олег! Из-за меня ты переехала в Европейский Союз и сменила имя, я исправлюсь! Вернись ко мне!

[...] Я Эвольвер, известный как Истребитель Голубей. И я поддерживаю Дельту! Когда-то, когда я отчаянно сражался с Вонючими Голубями, Дельта пролетел мимо и поддержал меня!

[...] Эвольверы! За Дельту! За Родину! За Семью! За Меня!

[...] Занимаюсь перепродажей волос. Вы лысый? Пишите мне, я подберу вам парик! П.С. Есть ограниченное количество волос из хвоста монстра Толстозадой Лошади.

Я так увлёкся комментариями, что не сразу отреагировал, когда Аниш позвал меня.

— Есть Нейтринё, — сообщил он.

— Открывай портал, — я убрал планшет. Похоже, люди до сих пор в шоке от появления Эвокома. Не привыкли, что можно взять и связаться с человеком из другой державы. Но ничего, это временно. Главное – почти нет негативных комментов. Или поддержка, или ерунда невнятная.

Аниш открыл портал, и я вышел в Екатеринбурге, прямо в усадьбе Князя, в специальной комнате. О Вафле забыл – морской конёк сам в портал нырнул, следом за мной.

В прихожей я встретил важно шагающую Люду, она тащила за ногу Бомжика Старшего и явно кого-то искала. За ней шли две девушки-телохранительницы.

— Мелкая, ты куда? — спросил я.

— Я не мелкая, — буркнула Люда. — Ты видел Бомжика Младшего? Он сбежал куда-то.

— Нет.

Цокнув, Люда прошла мимо.

Н-да.

Деда я нашёл в его кабинете – он готовился к предстоящему Совету Князей.

— Не мешай мне, — приказал он, стоя напротив зеркала и позволяя двум женщинам поправлять его одежду и наносить ему грим.

Я сел в кресло в углу и скрестил руки на груди, ожидая, когда дед закончит.

— Иди отсюда, — он повернул ко мне голову. — Иди, вон, Адель хотя бы проведай. А то дни напролёт с Шарлоттой проводишь.

— Позже, — покачал я головой.

Да, с Адель неудобно получается. Я понимаю, что у молодых пар должны быть свидания, воркования под луной, взаимные признания. Но я привык любить, ничего не требуя взамен. Просто любить, без права обладания и поклонения.

Дед наконец-то закончил, и мы остались вдвоём. Он тяжело подошёл ко мне, сопя и теребя перстень на пальце. Признак сильного волнения.

— Мне нужен Валентин, — сразу перешёл я к делу. — Что о нём известно?

— Ничего, — дед покачал головой. — Как в воду канул. Бомж малолетний, чтоб его бомжи сожрали и…

— Что с Ханшем? — перебил я его.