Школа на краю империи

Транслировались новости, фильмы, развлекательные передачи, обучающие программы для детей и даже реклама. Насколько я понял, центрального телевидения не существовало, поскольку в нынешней России нет столицы. Вот совсем. У меня вообще сложилось ощущение, что страной руководят некие «кланы», и эти структуры окопались в разных городах.

На экране творилась разная дичь.

Я понимаю, семьдесят восьмой год, но в моём мире при СССР летали «боинги», космонавты жили на орбите, а дирижаблей и в помине не было.

В одном из сериалов богатенькому аристократу прислуживал механический голем. Я плохо разбираюсь в фантастике, и големы всегда виделись мне глиняными мужиками со светящейся закорючкой на лбу. Существо из телека смахивало на робота — точь-в-точь как в мультике «Тайна третьей планеты». Житель Шелезяки, ага.

— Выбрось его на свалку, Илья, — посоветовал друг хозяина дома. — Он тебе все тарелки перебьёт.

— Каббалист был другом моего отца, — заявил аристократ. — Этот голем — семейная реликвия...

Я подошёл к телевизору, открутил звук до нулевой отметки и направился к двери на террасу.

Пахло свежестью.

Издалека донёсся раскат грома. Мне на нос упала дождевая капля. Тучи успели загородить весь небосклон — вся эта серая масса наползала на город с предгорий, причём солнце уже исчезло за мутной пеленой.

Джан, скрестив руки на груди, смотрела на меня.

Пустая бутылка расположилась у ног девушки.

— Не надоело? — спросил я.

Моя новая знакомая упрямо покачала головой.

Вздохнув, я покинул террасу, пересёк комнату, сбежал вниз по мраморной лестнице.

Бросил на ходу:

— У нас гость, Бродяга.

— Как скажешь, — прозвучал равнодушный голос.

— Переключись на мысленное общение, ладно?

Исполняю.

Открыв дверь, я приглашающе махнул рукой. Джан обрадованно рассмеялась, сорвалась с места и взбежала на крыльцо. Домоморф уже создал жестяной козырёк, по которому начали барабанить отвесные струи.

Закрыться я не успел.

Моё внимание привлекло футуристическое сооружение, ожившее на склоне горы. Именно ожившее, иначе не скажешь. То, что я принял за котельную, лязгнуло. Утробный скрежет прокатился по окрестностям.