Чёрные начала. Том 8.

Жаль лишь то, что мы уже не успеваем уйти от песчаной бури, которая неминуемо нас накроет теперь.

— Эй! Быстрее сюда! — позвал я детвору. — Ну же, быстрее, давай-давай-давай!

Те напуганные, особенно что помладше прибежали ко мне, хлопая огромными кошачьими глазками.

­— Мы не успеем, да? Нас опять унесёт? Нас унесёт, да? — наперебой начали они, и даже двенадцатилетний Газзенесс не мог удержаться от волнения.

— А чего вы волнуетесь? Вам уже ведь уносило раз.

— И нам не понравилось! — хором ответили они.

Не понравилось им…

— Залезайте в этот домик, — кивнул я на сани хозяина каравана, которому они уже не пригодятся. — Зу-Зу, давай с ними и сторожи, чтобы они никуда не убежали.

— Но там дырка, — заметил Рушшсен, указав на неё пальцем.

— Я уже заметил. Давайте залезайте, — махнул я, а сам отправился искать гвозди.

Уйти нам было уже не суждено, это и еноту понятно, поэтому стоило хотя бы подготовиться встретить бурю с тем, что есть. И для начала надо было заколотить сломанную мной стенку.

Я нашёл гвозди в санях, после чего взял доски, что мы набрали с корабля, и ими заколотил дыру. После этого ещё раз прошёлся по саням, проверяя, что ещё можно взять, после чего распустил всех ездовых животных кроме тех, что были впряжены в наши сани. Незачем им было оставаться здесь и гибнуть в буре, если вдруг что-то произойдёт. Оставил разве что нашу ящерицу, что была впряжена в сани парня.

К тому моменту ветер очень усилился, уже конкретно так задувая песок в лицо.

— В прошлый раз было точно так же? — уточнил я, глядя на огромную пугающую стену песка, которая, как волна, грозилась нас накрыть. В ней даже сверкали молнии, что только ещё больше пугало.

— А ты не помнишь?

— Нет, я тогда умирал, забыла что ли?

— Было примерно так же, только слабее.

— Ну значит эту бурю мы тоже переживём, — кивнул я. — Вообще, мне кажется, в неё парень и ехал, чтобы окончательно затеряться в пустыне.

— Думаешь?

— Ага, думаю, он заметил её и повёл сразу в бурю… — вздохнул я, глядя на шторм, который приближался. Уже приходилось чуть ли не кричать, но с Люнь этого не требовалось. — Если бы Ёсим повёл себя как верный слуга, а не как глупая послушная собака, то этого ничего не было.

Да, если бы он успел отдёрнуть своего господина, который начал меняться, а не слепо следовал за ним, то возможно мы бы избежали этого.