Чёрные начала. Том 8.

Значит точно грузовое, даже не оборудованное для защиты от пиратов.

И никаких признаков, что оно когда-то плавало типа морских желудей на днище или характерных границ на досках, которые находились всегда под водой. Корпус, в отличие от прошлого судна, был явно целее, пусть и здесь я нашёл несколько пробоин, через которые можно было забраться внутрь.

— Трое снаружи, двое за мной, — скомандовал я, когда мы подошли ближе.

— Мы должны…

— Вы должны слушать, что вам говорят, — тут же перебил я главного, перехватывая инициативу.

— Троим будет проще убежать, чем всем шестерым, которые устроят толкучку внутри и будут друг другу мешать. Плюс кто-то должен будет стоять на стрёме, чтобы сразу броситься к каравану и предупредить об опасности, если такая необходимость возникнет.

Я знаю, что чувак бы поспорил со мной, но разница в два уровня — это разница в два уровня. И потом тот лишь кивнул, соглашаясь я с моим предложением.

— Вот и отлично, — я остановился около пробоины в борту. — Значит так, ты и ты — за мной.

Остальные караулят здесь.

Внутри, как и в прошлый раз, царила духота. А ещё пахло старой древесиной и пылью, которая крутилась в воздухе в лучах солнца, пробивавшихся сюда через щели. Всё практически то же самое, что и на прошлом судне, но на этот раз трюмы были заполнены ящиками и бочками. А ещё…

Следы.

Следы ног на песке. И судя по всему, это человеческие следы.

Я толкнул в бок одного из наёмников, указав пальцем на них и показал, чтобы они смотрели в оба. Есть здесь есть тот, кто ходит на двух ногах, значит у нас могут возникнуть разногласия.

Я-то человек миролюбивый, чего нельзя с точностью сказать о тех, кого мы можем встретить здесь.

Мы медленно двинулись вглубь трюма, оглядываясь по сторонам. Меня так и подмывало сломать один из ящиков, чтобы узнать, что же всё-таки перевозили здесь такие интересные суда, но всё же осторожность была на первом месте.

До того момента, пока меня не схватили за ногу.

Меня как током прострелило от неожиданности. Подпрыгнув на месте, я резко дёрнул ногой, вырвавшись из слабой хватки, и отскочил на пару метров с гулко колотящимся сердцем и мечом наизготовку, врезавшись в парней, что шли за мной.

Втроём мы рухнули на землю, и если они ещё не понимали, что происходит, то я с лёгким ужасом глядел туда, где меня схватили.

Там, где только что наступила моя нога, из песка, словно мёртвое дерево, торчала высохшая рука, выглядящая так, будто кто-то обтянул серой бумагой голые кости.