Князь крови

Мы в казино? Какая-то драка? Что я делаю?

Удар спиной об стену привёл меня в чувство. Боль была такая, что хотелось сдохнуть, перед глазами стояла красная пелена. Краем глаза я увидел, что Костя шевелится где-то сбоку, но встать не может.

Я попытался выпрямиться, но на моем горле снова были чьи-то пальцы, из-за боли я не очень понимал, чьи. Боль заполняла собой всё и изгоняла мою способность мыслить. Я хаотично задергал ногами и руками, пытаясь освободиться.

Что-то щелкнуло в глубине моего разума. Старая, давно забытая формула.

Если я не могу сражаться, я хочу чувствовать, что не могу сражаться.

Если я могу сражаться, я хочу чувствовать, что могу сражаться.

Я не буду цепляться за чувства, которых не хочу.

Я повторил её снова.

И снова.

Боль отступила. Совсем чуть-чуть, но достаточно для того, чтобы я мог делать что-то большее, чем просто размахивать руками и ногами, пока София меня душит, держа на весу. У меня была одна надежда на спасение и чутье подсказывало, что это сработает. Было какое-то странное ощущение, словно внутри меня что-то изменилось.

Я сконцентрировался, как мог, на своей печати, зачерпнул оттуда порцию этой мерзкой демонической маны, а затем направил её в район груди Софии, стараясь не зацепить собственное тело. Простой прямой выплеск.

Ощущения были такие, как будто я блеванул, но не телом, а душой.

Энергия покинула печать и ударилась во что-то на той стороне, этот удар странно срезонировал во мне — как будто вибрация прошла по телу.

Внезапно меня отпустили, я рухнул на колени и задышал часто и поверхностно.

Нужно сосредоточиться. Я взглянул на Софию. Вены на её теле спали, синее излучение исчезло, а сама она шокированно смотрела на свои руки. Я же не стал ждать, пока она очухается.

Поднимаясь на ноги, я ударил её в живот, девушка тут же согнулась. Как я и думал, она не привыкла драться без своей этой синей хренотени.

Я положил руки ей на плечи и добавил ещё коленом под дых, перехватил за волосы и, опираясь второй рукой на стену, ударил головой о маленький столик, стоявший рядом.

Только после этого я позволил себе рухнуть на пол и перевести дыхание. София была в отключке — ничего страшного, в худшем случае будет небольшое рассечение на лбу. От стереотипов, что девочек бить нельзя, я отказался ещё лет так двести назад, когда понял, что некоторые девочки очень даже не против проломить тобой бетонную стену. Но всё-таки не хотелось нанести Софии серьезный вред — она не виновата в том, что произошло.