Багряный рассвет

Трое маленьких фигур, успевших проскочить преграду, кинулись к опустившемуся на колено мальфару, видимо посчитав его самой легкой мишенью. Но Найра преградил им путь. Легкое движение ладони и один из мечей навершием протаранил первого из троицы прямо в лоб. Мальчик кувыркнулся и плюхнулся на спину. Следующая за ним девчонка получила плашмя прямо в висок. Третьего одержимого два меча просто сдавили и закрутили на месте, а потом придавили к полу. Найра снова протянул руку к напарнику, притянув три гвоздя из портупеи и резким движением отправил их в поверженных противников.

Все повторилось: каждый звереныш после короткого озлобленного, но отчаянного крика, затихал.

Но это было только началом. Следующие двое действовали более слаженно. Первый голыми руками вырвал из пола здоровенный кусок плиты, швырнув в усатого мальфара. Тот увернулся, но булыжник врезался в стену, сыпанув во все стороны мелкими острыми осколками. Бронк дернулся от боли и ощутил, как с макушки на щеку потекла теплая кровь. Капитан пожалел, что не соизволил надеть шлем.

Хотя, не был уверен, что дополнительная броня помогла бы в творящемся вокруг хаосе.

К сожалению, один из осколков задел и Найру, ударив по затылку. Мальфар на секунду отвлекся, но этого хватило, чтобы второй одержимый опасно сократил дистанцию. Ребенок, сжимая в руке кухонный нож, рванулся к горлу усача. Это заставило воина действовать более решительно. Встретив скользящий удар предплечьем, облаченным в санкар, Найра зашипел от боли, и один из мечей тут же перерубил руку мальчишки почти у самого плечевого сустава.

Одновременно второй меч навершием хлестнул нападавшего в висок, повалив на пол. Со вторым злыднем мальфар не церемонился. Клинок меча вонзился ему в сердце, а потом провернулся, заставив уронить на пол еще один выдранный кусок плиты. После этого лишившийся руки ребенок получил свой черный гвоздь.

Одержимые дети один за другим проскальзывали внутрь, пока остальные бесновались, сдерживаемые оградой. И с их нечеловеческой силой это не могло продолжаться долго.

Послышался треск и хруст. Большая часть колон почти одновременно обрушилась.

- Бездна, - зарычал Лаций, видя, как поредевшая, но все еще толпа, прорывается внутрь. - Сильные заразы.

Еще четыре гвоздя одновременно рванулись в гущу толпы. Ни шанса промахнуться. Трое одержимых с криками повалились на пол. Капитану очень хотелось узнать, что это за чудо-гвозди такие, но глядя на приближающуюся смерть, все вопросы как-то отпадали сами собой.