Багряный рассвет

Громадина протянул лапу, вот только ноги окончательно отказались его слушать, и Большой повалился мордой вниз. Он содрогался и булькал еще несколько секунд, а потом затих. Но это более не было важно, потому как Ловкий уже испустил дух.

* * *

Наконец-то войдя в деревню, Моран и Рид последовательно прошлись вдоль домов. Они пытались ощутить присутствие последнего одержимого. Сомнений в существовании третьего не было, но уловить его толком не получалось.

Деревня сначала показалась заброшенной и пустой, если не считать несколько обглоданных тел посреди улицы.

В пустых домах их тоже встречали лишь трупы. «Вполне такие себе обычные обглоданные трупы», - как выразился Рид. Лишь когда мальфары добрались до дома старейшины, самого большого в селении, стало ясно, куда подевались все жители. Они набились в этот дом. Строение, в отличие от остальных строений, имело каменную кладку. Не мудрено, что одержимые не прорвались внутрь сразу. Поднявшись на крыльцо, Моран заколотил по тяжелой дубовой двери.

- Эй, там внутри, отворяйте. Мальфары пришли вас спасать.

- Сгинь, нечистый, сгинь, - послышался старческий голос с той стороны. – Уйди, окаянный, не отворим мы тебе.

- Вы староста? - спросил Рид.

- Сгинь, - повторил голос.

- Приму это как «да». Так вот, уважаемый староста, мы – мальфары. Мы здесь для того, чтобы вы не стали обедом одержимых.

- Тебе не провести мудрого человека, юродивый. Всякому ведомо, что одержимый могет чужую личину принять, дабы жертву в обман ввести.

Сгинь, тебе говорят.

- Старик, - раздраженно стукнул по двери Моран, - всякому так же ведомо, что одержимые говорить не могут. Или вы там так в портки наложили, что самое важное позабывали?

Воцарилось молчание. Глаза Рида меняли свой цвет то на один, то на другой. Он пытался узнать, что там внутри, но кладка оказалась слишком толстой, а двери чем-то загорожены. Вот уж где сельчане не пожалели усилий. Рид посмотрел на друга и указал на челюсть, тот кивнул.

- Послушай, старик, у меня для тебя две новости, – Моран быстро терял терпение.

– Хорошая: двух одержимых мы уже убили. Плохая: третий сейчас находится вместе с вами в доме.

Внутри строения поднялся взволнованный ропот, и очень быстро с той стороны двери началась возня. Затем сняли засов. На улицу стали с опаской выходить сельчане, поглядывая на белые забрызганные кровью санкары мальфаров. В здание набилось довольно много народу. Люди выходили из укрытия то по одному, то по двое.