Двойник Его Высочества III

Пока что было непонятно, как вообще наследник будет ко мне относиться.

— Алексей, а я говорила, что твой двоюродный брат сейчас представляет тебя? Это канцлер придумал, чтобы спасти государство от смуты и подозрений.

Я готов был сквозь землю провалиться.

Зачем она вообще сейчас это ляпнула? Или же не сказала раньше? Всё равно приходила к цесаревичу день через день.

Алексей повернул голову ко мне, нахмурился и прикрыл глаза.

— Канц... Отец... они... — пробормотал он.

Я присел на край кровати. Мы говорили тихо, и я надеялся, что Гордей Петрович ограничился только камерами, которые не смогут разборчиво записать звук с такого расстояния.

— Ты вспомнил, что с тобой делали? Вспомнил окончательно? — спросил я, перейдя на ты.

Ксения хотела что-то вставить, но я поднял ладонь, останавливая её.

Алексей открыл глаза и кивнул. Он попытался поднять руку, но получилось только короткое дёрганое движение.

— Я на твоей стороне. И я хочу найти людей, которые проводили над тобой эксперименты, — негромко добавил я.

Алексей сухо сглотнул.

Мне было неясно, чего хочет канцлер и опираться на свои знания я больше не мог. Потому что выздоровление Алексея было совершенно выбивающимся из всего происходящего событием.

Если сговоры против императора, смута и слухи были и тогда, и сейчас, также как и прибывшие в империю искусственные синергенты и модификанты, к ногам которых потом будет положено всё, и страна начнёт захлёбываться изнутри, то наследник престола.

Что если это событие перечёркивает всю миссию и Алексей просто должен оставаться практически невменяемым, но быть живым?

От этой мысли меня немного повело, и я прикрыл глаза.

— Всё в порядке? — Ксения положила мне руку на плечо. — Вам плохо?

— Нет, — я провёл ладонью по лицу. — Всё нормально.

Сейчас меня снова подмывало взять у цесаревича образец для анализа ДНК, но где-то в глубине души этому всё противилось, будто я узнаю нечто такое, что сломает меня.

— Я... по...мо... — постарался произнести Алексей.

— Сначала надо поправиться, — я старательно держал лицо. — Но ведь тебе долго не становилось лучше, что же всё-таки изменилось? Кто-то приходил? Может, правда какое-то новое лечение?

Алексей с усилием пожал плечами.

Он мог и не знать, если в капельницы, например, подмешали новый препарат.