Аутодафе

– Клянусь всеми апостолами, она опять превратится в змеюку, – сказал Проповедник из кустов. – Вот ведь бестия!

Я посмотрел на него с большой долей скептицизма:

– Скажи, пожалуйста, кого ты пытаешься обмануть? Я же вижу, что ты с нее глаз не сводишь. И прогнать тебя не могу даже я.

Он сразу же принял вид оскорбленной невинности, но, поняв, что на этот раз у него вряд ли получится обвести меня вокруг пальца, сказал:

– Никогда не видел таких привлекательных людей.

– Она не человек.

– Один черт, прости Господи. Это не меняет сути.

– Вполне тебя понимаю.

Старый пеликан по привычке вытер кровь на щеке:

– Я слышал, о чем вы говорили. Меня беспокоит тьма, которая в тебе, пускай ее всего лишь крупинка.

Я ничего не сказал ему, выбрался из воды и начал вытираться.

– Людвиг?

– Ну?

– Что ты будешь делать, когда вернешься?

Меня его вопрос не удивил.

– До этого, старина, надо еще дожить. София не отпустит меня, пока не будет уверена, что со мной все в порядке.

– А Братство?

– Будет существовать, как и прежде.

– Они и пальцем не пошевелили, чтобы тебя спасти. Я дошел до магистров, но они сказали, что разберутся с проблемой и выставили меня за дверь.

Я помолчал, застегивая рубаху:

– Я не склонен к прощению, но в данном случае не буду ничего предпринимать. Воевать со штормом – дело бесполезное и вредное, потому что он может уничтожить, даже не заметив. Стражи своих не бросают, Проповедник.

– Думаю, Львенок бы не отказал. Или Иосиф, но их я не встретил. Только твоя ведьма и помогла…

– Перестань ее так называть, – мягко попросил я.

– Хорошо. Не буду. Сегодня, – он ухмыльнулся. – Гертруда нашла способ спасти тебя, прислав Софию, за что честь ей и хвала.

Да. Гера помогла. И, как я подозреваю, в обход мнения остальных магистров.

– Никто из вас мне не сказал, что Файрвард убил людей.

– Никто из нас этого не знал, а он предпочел об этом не распространяться, – София вошла в комнату, держа в руках чашку с травяным отваром. – Тот конфликт был давно. Викты пытались уничтожить наши реликвии. Мы их останавливали.

– Но в итоге есть те, кто теперь желает зла дракону.

– Это не так, – комбинезон Гуэрво блестел от утренней росы. – Я только что говорил с ним. Файрвард клянется, что не убивал тех людей.

– Тогда кто это сделал?

– Темнолесье, Людвиг.