Аутодафе

Отряд воинов пошел в лес, чтобы срубить королевский дуб, а эта тварь их сожгла. Ни один не вернулся.

– Где это случилось?

– В лесу, – пожал плечами старик. – Уходи, чужак. Ты успел мне надоесть.

Он мне тоже порядком надоел, так что я с ним попрощался, радуясь, что путешествие в эту забытую богом деревушку привело меня хоть к чему-то.

Маленькие, сильные руки Софии держали меня над водой, чтобы я не захлебнулся. Боль жгучей лавой сжигала мое тело, яд затуманивал мозг, и в глазах все троилось, отчего лесных огней в небе было гораздо больше, чем на самом деле.

Когда мне стало чуть полегче, я почувствовал на своей щеке дыхание пророчицы. Ее горячая кожа обжигала ничуть не меньше, чем ее яд, пусть это был совсем иной огонь. Я набрал в грудь воздуха и сказал:

– Все в порядке, Софи.

– Ты даже себя не можешь обмануть, Людвиг, – суровым тоном ответила мне она и после недолгого колебания, разжала руки.

Я вовремя впился пальцами в бортик бассейна и только поэтому не пошел ко дну. Пророчица не отходила от меня до тех пор, пока не уверилась, что я могу нормально соображать и двигаться.

– Я знаю, что ты хочешь как лучше, но твое лечение просто пытка.

– Ты выдержишь, – уже гораздо мягче произнесла София. – И проживешь отпущенный тебе срок, плюс то, что удалось собрать с темных душ, если, конечно, не попадешь под когти очередного темного создания.

– Я буду стараться, чтобы этого не случилось.

– Очень любезно с твоей стороны не уничтожать плод моих трудов и магии. Посиди здесь еще некоторое время, пусть вода затянет ранки.

Она уже как-то говорила мне об этом. Однако перспектива умереть от гнилого яблока1, налитого в вино, у меня гораздо меньше, чем подохнуть при встрече с какой-нибудь прыткой душой. Впрочем, на столь полезное приобретение грех жаловаться. Оно вполне может мне пригодиться.

## 1 Гнилое яблоко – один из сильнейших ядов.

– Не уходи, я хотел задать пару вопросов, – сказал я, видя, что она собирается покинуть бассейн.

– Я знаю все, о чем ты хочешь спросить, – вздохнула Софи, показывая свое нежелание продолжать разговор на эту тему.

– Тебе не кажется, что мне, как больному, надо знать о моей болезни все?

– Это долгий разговор, Людвиг. Здесь неподходящее место.

– Голышом в бассейне нельзя говорить о серьезных вещах? Перестань, Софи. Тебе рано или поздно все равно придется мне рассказать, ты ведь понимаешь.